Наклонилась, чтобы подхватить перепуганную животинку и прижать к груди.
Тут прозвучал усиленный магией голос Виерлена:
– Хватит! Успокойтесь! Это не крыса!
Думаю, Гвэрден проклял этот вечер, потому что следующие полчаса ему пришлось бегать по столикам, приносить извинения и раздавать скидки. Последнее доставляло хозяину такое удовольствие, что тот аж позеленел.
Ну а я сидела, гладила хорька и думала о жизни. О мстительном Виерлене, который закатывал глаза, бормоча, что упустил отличный шанс, и о самом Жорике, который подчёркнуто дрожал всем тельцем.
Я помнила, при каких обстоятельствах мы с хорьком расстались, и что-то тут не клеилось. Он наплевал на моё поручение, не явился в миг настоящей опасности, когда я ломала ногу, зато сейчас нарисовался. Актуальный вопрос – зачем?
Когда принесли смену блюд, всё прояснилось. Жорик зашевелил носом, а потом забыл про пережитые страдания и с самым голодным видом подался вперёд.
– Так ты поесть пришёл? – ахнула я.
Хорёк на мгновение застыл и подарил взгляд из серии «а что такого?».
– Не смешно! – попробовала внести ясность я.
Рука блондина взметнулась вверх, подзывая официанта…
– Если ты хочешь заказать для этого гада, – прошипела я, – то даже не думай!
Виер лучисто улыбнулся. Намекающе так. Вполне однозначно.
– Нет, говорю! Нельзя! Это в воспитательных целях!
– Мила, я хочу нормально поужинать с интересной мне девушкой. Если для этого нужно обезвредить её животное, я готов.
Захотелось взвыть и сбежать подальше.
Давайте перейдём в какое-нибудь кафе попроще, а?
Когда Жорику принесли отдельную мясную тарелку, я решила, что хуже уже не будет. Но тут произошла ещё одна смена блюд, и передо мной поставили блюдо с названием «Месть».
"Нет, меню я не помнила, названий тем более, но вот это точно было оно, другого слова не придумаешь. Выглядело так: огромная белоснежная тарелка, а ровно посередине маленькая, зелёная…
– Это что за сопля? – озвучила я.
Мой спутник смотрел на блюдо с подозрением, а официант, услышав вопрос, аж подпрыгнул. Лицо вытянулось, являя нам оскорблённое выражение, которое никак не сочеталось с этой соплёй.
Просто оскорбляться следовало не ему, а нам.