Не из проблем ли с магией вся эта чахлость растёт?
К счастью, в этот раз хватило ума промолчать, а ещё сделать круглые глаза и попытаться сгладить острый угол:
– Да нет, ну какие у вас могут быть проблемы! – воскликнула я, сама себе возражая. – Ведь совсем недавно леди Идриль с лёгкостью вылечила мою ногу. То есть с магией-то у вас всё хорошо.
Они пытались скрыть, но я увидела. Нет, не хорошо у них. Всё плохо, но в чём это «плохо» заключается, пока непонятно.
Я уже решила, что останусь со своими догадками, ведь тема в высшей степени щекотливая, но Талинэ неожиданно призналась:
– Да, Мила, у нас проблемы.
Я снова застыла, выдохнула ошарашенно:
– Утекает? Как это?
Леди промолчали.
– Но ведь там, в ресторане… – я осеклась, обращаясь к той же Идриль.
Ушастая нервно пожала плечами:
– Тот вечер был особенным. Я чувствовала подъём, сила накапливалась и откликалась гораздо лучше, чем обычно. Возможно, дело в вине, или в блюдах, или в атмосфере.
– Или в театральной постановке, – подхватила Литемель. – Мы ведь приехали в ресторацию из театра, а в тот вечер давали «Ронемо и Жуньетту» в альтернативном прочтении. Очень интересное представление, после него кровь бурлит.
Мои глаза округлились ещё больше – просто не ожидала, что эльфы были и в театре.
Но не суть, важно другое:
– То есть вы вообще ничего не можете? – спросила я.
Леди переглянулись, а ответила Талинэ:
– Можем, но в основном по части обыкновенной, универсальной магии.
Тут тоже, наверное, следовало промолчать, но охота оказалась пуще неволи:
– А специфическая эльфийская, которая включает в себя работу с растениями и целительство вам недоступна?
– Доступна, – Талинэ поморщилась, – но в ограниченном объёме и не всегда.
Я расстроилась. Понимаю, что ко мне их проблемы отношения не имеют, но за эльфов стало грустно. Зато теперь ясно, что случилось с внешностью. Я не ошиблась, когда решила, что иностранные гости болеют. Усечённая родная магия – это и есть болезнь.
– И давно? – осторожно уточнила я. Спрашивать, все ли эльфийские племена имеют такие проблемы или только это, уже не стала.
Леди не ответили. Причём Талинэ сильно передёрнуло, словно я наступила на совсем уж больную мозоль.
– Ясно, – выдохнула я, всем своим видом выражая сочувствие. – Извините, если обидела, и простите, что доставила беспокойство… – я мазнула взглядом по цветку, думая, как бы теперь задвинуть его подальше.