Однако ваше замечание открывает новые перспективы, кои мы непременно учтем в нашем расследовании. Господин де Ноблекур, которому я изложил подробности дела, подозревает, что в этом убийственном, по его словам, безумии присутствует нечто странное, выходящее за рамки обыденного."
"Сансон протянул Николя мятую окровавленную бумажку.
— Я нашел ее в кармане фрака жертвы. Похоже, это счет от прачки.
Николя развернул бумажку и прочел:
Прачечная Нале
Возле водопоя в Маконе
Возле моста Сен-Мишель
Счет для господина Жака д’Асси
— 6 батистовых сорочек.
— 10 подштанников. 10 л
— 5 носовых платков. 3 л
— 6 шейных платков. 4 л
— серебряное шитье. 22 л
— Общая сумма. 45 л
— Черт! Однако эта бумажка многое говорит и о вкусах, и наполняемости кошелька нашего незнакомца. Впрочем, теперь мы знаем его имя, и если оно не вымышленное, оно поможет нам узнать его адрес, чтобы мы могли расспросить соседей о нем и о его привычках.
— Каковы ваши распоряжения относительно тела? В том состоянии, в каком оно сейчас находится, мне кажется неразумным дальше сохранять его.
— Если у него есть семья, мы попробуем ее отыскать. Пока же придется распорядиться похоронить тело на кладбище в Кламаре.
Поблагодарив Сансона, Николя вернулся в дежурную часть. Бурдо только что пришел и, судя по его лицу, пребывал в растрепанных чувствах.
— Пьер, если бы вы только знали, как я рад вас видеть!
Начав перечислять все, что произошло со времени их последнего разговора, он дошел до преступления в павильоне водокачки.
— Почему вы не предупредили меня, прежде чем отправиться на такое опасное свидание?
— Я об этом пожалел, но, увы, слишком поздно. Но будь спокоен, твои подарки спасли мне жизнь. Твой карманный пистолет и твоя шпага-трость действовали безотказно!
Желая приободрить инспектора, явно чувствовавшего себя не в своей тарелке, о чем свидетельствовало появлявшееся на его губах некое подобие улыбки, он слегка сглаживал особенно пугающие места своего рассказа.
— Я не только не сумел помочь вам в опасном предприятии, но и не справился с поручением.
Тут только Николя заметил, что Бурдо обращается к нему на «вы», чего давно уже не случалось во время их бесед наедине.
— Господи, Пьер, с чего это ты вздумал говорить мне «вы»?
— Я совершил ошибку и жестоко виню себя в этом. Ты поручил мне следить за Ренаром.