Почему бы и нет?! Она-то вообще с 15 лет без родителей, только старая бабуличка. Ей будет вдвойне приятно!
Мда-а-а… Не судьба Львову! Ему обломается легкий перепих, а я не совершу глупой ошибки. Хотя… все же плохо, что он так на меня влияет.
Дожилась, уже зажимаюсь в подъездах, прекрасно зная, что баба Галя никогда не дремлет. Всегда либо в окно смотрит, либо под дверью сидит в надежде на сенсацию.
Эх-х-х и ладно бы если Артур… Нет. О чем это я? Глупости! Он же переспать хочет несколько раз, да потом пинка дать. А я…
Тем временем, продолжался разговор:
– Лидия, а может она сама решит, чего хочет? – с сексуальной улыбкой и намеком на ее ненужное вмешательство, отчеканил Львов, не собираясь сдаваться.
Вздохнула и, встав между ними, рявкнула:
– Так, все! Я – спать, ты (показывая на Артура) – топаешь по лестнице на выход, а ты (показывая на подругу) – дальше отдыхать! Ну и баба Галя (повернулась к двери и помахала рукой) – спокойной ночи! Мы уже убежали.
Дверь плотненько закрылась, и послышался щелчок.
– Львов… в школе по русскому два стояло?!
– Ладно, завтра поговорим, но не надейся, что я свалю. Мы еще поговорим, – просветил, и тут же повернулся к Атамановой, добавив: – Доброй ночи, Лидия.
– Угу, – произнесла девушка, не меняя серьезного лица, а потом показала на лестницу и, улыбнувшись, напомнила: – Выход позади тебя. Заждался!
Львов кивнул и, окинув меня пронзительным взглядом, добавил:
– Увидимся, ведьма.
«О как! Гад!»
– Как добро закончу творить, так сразу и увидимся, Кощей, – ответила, чтобы не расслаблялся.
Только он ушел, повернулась к Атамановой и уточнила:
– И что такая злющая?
– Да не знаю, – выдохнула она, и тут же добавила: – Прости, если влезла. Просто ты мне вчера говорила о том, что он гад, и только хочет переспать.
– Ага, а сегодня не прочь сама, – с грустью призналась я, даже не зная, как объяснить свое поведение.
– Думаю, он тебе нравится, – решительно заявила подруга.
– Петух тоже думал, что старый, а в суп попал, – ответила я, коварно улыбаясь.
– Так ему и положено. А вот ты странно на Принца реагируешь.
– Тоже заметила. Надо… надо...
– Определиться?
– Да что тут определяться?! У него все понятно, а я себя очень сильно люблю, чтобы мной попользовались и отбросили, когда надоем, – буркнула я, говоря чистую правду.
– Есть такое, – выдала Атаманова, и тут же добавила: – Ой, поздно. Давай уже спать иди. Тебе завтра рано вставать.
Кивнула и направилась к двери.