Ты не будешь против, если я тебя буду звать просто Клаус, без Максимилиана?
– Я буду очень рад. Господин капитан, а в Сэ у вас есть кряквы?
– У нас огари, они рыжие и побольше, а по сути – такие же бездельники. Приличным уткам на зиму положено улетать, эти же так и норовят остаться.
– Кряквы улетают, – вступился за местных обжор Клаус. – Остаются только замковые.
– Вот видишь, – обрадовался Арно, – кряквы обыкновенные улетают, остаются васспардские нахальные.
– У нас, господин капитан, еще лебеди есть, они сейчас по ту сторону острова, – наследник Приддов поставил пустую корзинку в кованый ажурный ящик.
– Может, проще кормушку сделать? Хотя тогда какой-то курятник получится, и, сделай милость, не зови меня капитаном, у меня имя есть, и оно мне нравится.
– Я постараюсь, но мне несколько неудобно."
"– Друзей старших братьев приличные люди зовут по имени, и ты зови.
– Я только туда и хочу! Господин капитан…
– Кто-кто?
– Арно, можно будет договориться, чтобы меня после Вальдзее взял оруженосцем военный? Дело в том, что я довольно хорошо образован, а мне говорили, что из-за этого… Что в армии могут служить и мелкие дворяне, а мне следует остаться при дворе подле регента.
– Эту чушь тебе мэтр Цвиссиг сообщил или хуже?
– Хуже?
– Хуже, – со знанием дела объяснил Арно, – когда чушь несут родственники, особенно старшие.
– Тогда хуже. Арно, я правильно понимаю, что нашим опекуном он больше не будет?
– Еще чего! Ты же все слышал.
– Да, но до этого нам говорили, что Валентин несовершеннолетний, а родственников со стороны нашей матери допускать в Васспард нельзя.
– Вот это правильно. – Сверху над обрывом показалось что-то пестрое. Виконт задрал голову и увидел стайку приближающихся дам. Первая, в темно-зеленом, уже была на береговой лестнице.
– Да, это госпожа Клара-Неонила с дочерьми и госпожа Амадея… Правда, обычно они кормят после обеда и порознь.
– А сегодня решили вместе и после завтрака. – Опять девицы… Сколько же в этом мире девиц! – Куда ведет эта тропинка?
– Вдоль берега к Агарийскому мостику, но по дороге есть еще одна лестница наверх, к Башенной аллее, то есть к библиотечному крылу. Вы хотите уйти? Но ведь могут подумать, что мы не хотим говорить.