Дачники-прихожане расконсервировали велосипеды, съездили за пятнадцать километров в жилое село, притащили оттуда фельдшерицу, за бутылку пригнали экскаватор, а за неимением гроба достали с чердака длинный плоский ящик из-под каких-то приборов. Поскольку старушка умерла от голода, то влезла бы и в кейс. Одним словом, к обеду у них все было готово, и к дубраве уже полз трактор с экскаваторным ковшом.
Отец Николай встал у него на пути, остановил, настращал, что тракторист участвует в незаконном деле – способствует людям, которые уморили бабку, и тут наверняка будет следствие; мужик перепугался, однако потребовал бутылку и отправился восвояси.
"Безутешные родственники забрали ящик, лопаты и вернулись на дачу. А ближе к полуночи в хлеву вдруг завыл волк, о котором вотчинник в хлопотах слегка подзабыл. Рана у него стала нагнаиваться, потому отец Николай начал колоть ему пенициллин. Прихватив с собой шприц, он открыл дверь хлева, и зверь в тот же миг выскочил на улицу и пропал во тьме, чуть ли не сбив с ног нового вожака.
Полчаса он рыскал по окраинам Урочища, не смея приблизиться к ристалищу – Молчун исчез.
– Мы на вас жалобу в епархию напишем, – пригрозил дачник.