Только Южная Польша – Европа, здесь нет таких холодов.
Хотя меня и не инструктировали, что делать после приземления, я догадался подтянуть нижние стропы и погасил купол. Прислушался – тишина. Посмотрел на часы – час ночи. Сняв с пояса саперную лопатку, я вырыл яму, туго скрутил парашют, обмотав его лямками подвесной системы, уложил в яму, утрамбовал ногами и засыпал землей. Потоптался. Ночью все выглядело неплохо, а днем я уже далеко буду.
Теперь вопрос – куда идти? У меня не было компаса – я же не диверсант; они всегда действуют вне населенных пунктов, и потому он им нужен.
Задрав голову, я нашел в разрывах между проплывающими облаками Большую Медведицу, по ней – Полярную звезду. Значит, север там. Запад – слева, и мне – туда. Поправив лямки ранца и перебросив ремень автомата на шею, я пошел влево. Надо подальше отойти от места приземления, от закопанного парашюта. Немцы не дураки, наверняка слышали шум транспортного самолета. Знать бы еще – где я?
Спотыкаясь и чертыхаясь, я шел и шел на запад.
Я вышел на дорогу, мощенную камнем. Старая, неровная, с пробивающейся между булыжниками травой. Видно, малоезженая, полузаброшенная. Но идти по ней было лучше, чем по полям и буеракам.
Начало светать. Сколько же я за ночь прошел?
Впереди показалась маленькая деревушка. Обойти стороной или идти по дороге? Пойду через деревню – хотя бы узнаю, где я.
Навстречу мне выехал местный крестьянин на подводе. Кое-как мне удалось выяснить, что впереди – Сосновец, маленький городишко, а Гливице – о! Это в сторону. Сначала Бытом будет – до него двадцать километров, а уж потом Гливице – совсем далеко.
Я потопал дальше, размышляя – ветер ли меня так сильно в сторону снес, или летчики ошиблись с местом выброски? Скорее – последнее. Ведь я уже прошел километров двадцать, и до Бытома оставалось не меньше.
Я стиснул зубы и шагал, механически переставляя ноги.
Далеко за полдень подошел к Бытому. На въезде стоял немецкий патруль. Меня остановили.
– Хальт! Айнэн момэнт! Брингэн аусвайс!"
"Я предъявил документы. Фельджандарм просмотрел мою солдатскую книжку и что-то сказал солдатам. Все весело заржали.
– Дезертир?
– Найн! – Уж слово «нет» я знал.
Немец вернул мне документы. Обнаглев, я спросил:
– Где Гливице?
Жандарм с бляхой на груди показал на город.