— Все равно я понятия не имею, как попасть домой. Эти монеты — просто груда металла.
— Конечно, груда металла, — с готовностью закивал понтиф Серго. — По сравнению с тем уровнем магии, который есть внутри вас, ваше величество!
— Вы имеете в виду...
— Именно! — понтиф Серго улыбнулся и едва не подпрыгнул от радости. — Святой грифон! Не думал, что мне выпадет такая удача — воочию увидеть... — Он склонил голову, а затем снова посмотрел на меня. — Эти монеты, уважаемая королева, так ценны, потому что они выкованы на остатках древней магии.
— Это я знаю.
— Вы не чувствуете ее, потому что в вас самой этой магии намного больше, чем в монетах! Это как пытаться ощутить аромат одного единственного цветка вишни, стоя под целым деревом. Потому и хм... Бусинка не ядовита для вас и, я думаю, в вашем присутствии. Ведь чернильники появились после того, как ушел Октоп. Их древние люди считали карой, ниспосланной Октопом на Сторана Завоевателя и его потомков.
Господи...
— Это значит...
— Вы можете вернуться в ваш мир, ваше величество.
— Но как?!
— Так же, как если бы собирались использовать монеты. Просто сосредоточьтесь и пожелайте.
Сосредоточьтесь и пожелайте. Господи. Закрыв рот рукой, я вспомнила, как после того, как узнала об измене Леши, хотела оказаться где угодно, лишь бы подальше от него. А затем — затем была фура, и я больше всего на свете захотела спастись.
— Понтиф Серго, — процедил Илар. — Вы говорите загадками.
— Прошу прощения, ваше величество, — поклонился понтиф Серго. — Я опасаюсь делать предположения.
— Вообще-то я собирался предложить вам должность при дворе, — нахмурился Илар.
Глаза понтифа Серго расширились, и он рухнул на колени.
— Чем я так сильно прогневал ваше величество?! Я деревенский понтиф, прошу вас...
— О, грифон, — закатил глаза Илар.