Девушки. Дела.
Единственное желание — высказать все, что думаю, Трутню в лицо, а потом послать его с этим повышением куда подальше. Точно! Уволюсь. Они же не могут меня заставить? Пусть говорят, что вышла ошибка.
В голове это звучало как план. Рафаэль, только я его отодвинул немного. После того, как он узнает, обязательно начнет действовать. Еще Карина у него. Пока я не решил, как избавиться от него, придется поиграть.
А Авдеева с профессором? Следующая головная боль: как провести в столицу измененных, чтобы их не заметили.
— Борис Иванович, — повернулась с красными глазами Долгорукова. — С сегодняшнего дня я ваша подчиненная. Об остальных обстоятельствах вам сообщит генерал-майор.
— Чего?! — закашлялся. — О чем ты?
— Весемир Константинович посвятит вас в детали. От себя добавлю, что я крайне рада работать под началом такого человека, как вы.
— Я тоже, — ответил первое, что пришло на ум.
Девушка выдавила из себя улыбку. У кого-то есть работа, чтобы мне усложнять жизнь? Другого вывода сделать не получается. Машина свернула, к нам присоединились еще два транспортных средства. За одним мы ехали, а второе следовало за нами.
— Товарищ майор! — подал голос водитель, молодой пацан моего возраста. — Разрешите закурить?
— Витя! — возмутилась Софья. — Тебе не потерпеть? Ты совсем охренел?!
— Разрешаю, — перебил девушку. — Дыми «на здоровье»…
Запах табака помог хоть немного отвлечься, а то я уже начал представлять, как придушу Трутня.
В моем плане я не собирался так скоро встречаться с Михайловым. К этому моменту обязательно подключится или Рафаэль, или, возможно, Георг. На их счет у меня уже были задумки.
— Витя, — обратился я к водителю. — А не угостишь папиросой?
— Дык… Конечно, — не оборачиваясь, ответил паренек.
Через Долгорукову, которая крайне удивилась моей просьбе, передал пачку и спички. Я зажег сигарету и открыл окно, дым ударил по горлу. Не знаю, почему вдруг захотелось покурить.
Машина впереди нас остановилась, и оттуда выскочили трое военных с автоматами. Они расположились на улице. Следом припарковался наш автомобиль.
— Борис Иванович, прошу подождать немного, — повернулась ко мне Софья, когда я собирался открыть дверь.
— А? — уставился я на нее.