Ратибор успел сделать вид, что только-только подошел к двери, и столкнулся с Забавой.
– Простите.
Боянова кивнула, окинув его внимательным взглядом, и вышла в коридор, где ее ждала сегментная «улитка» лифта. Она поняла, что Ратибор все слышал. Понял и Железовский, когда безопасник молча встал перед ним.
– Слышал?
– Нечаянно, дверь не заперта.
Железовский покосился на пульт [31] секретаря, и Ратибор догадался, что «роденовский мыслитель» открыл дверь нарочно, зная, когда он подойдет.
– С ней постоянно такая история. Сначала мгновенное «нет» на любое предложение, потом четкий вывод по всем необходимым дополнениям для решения проблемы. Думаю, тебе тоже будет полезно узнать свои слабые стороны.
– Я знаю.
– Вряд ли. Если бы знал, слабых сторон уже не было бы. Готов доложить свой гениальный хакаригото [32] на совете? На заседание приглашены весь синклит ВКС и эксперты СЭКОНа.
Ратибор ответил не сразу:
– Я, конечно, предусмотрел все, что могу предусмотреть, но… может быть, она права и вам действительно лучше назначить кого-то из интрасенсов?
– Во-первых, у тебя тоже есть задатки интуитива, только их надо развивать, а во-вторых, я своих решений не меняю.
Ратибор поджался, болезненно переживая сообщение.
– Кто?
– Клюв и Томпсон. Они попали под БВ, не ожидая, что тот подойдет к ним так скоро. По расчетам, луч БВ упрется в Систему уже через три месяца, если, конечно, снова не изменит скорость. А ты думал, «полундра» дается по пустякам?
Ратибор присвистнул.
– Вот именно, – кивнул Железовский. – По всей видимости, «Цунами» уверенно переходит в «Шторм». Итак, твое мнение о БВ?
– Я удивился не собственно причине «полундры». Мы встретили чужан.
– Так они тебе и ответили… Спросим, когда будет нужно. Всему свое время и время всякой вещи под небом [34]. Я желаю знать твое окончательное мнение.
– Это возвращается Конструктор, – нехотя проговорил Ратибор. – Хотя допускаю, что мое мнение может оказаться верным с точностью до наоборот. И все же я уверен в выводе.