Повернувшись, я выхватил у одного из воинов обитый дубленой кожей деревянный щит и вновь зашагал вперед, держа его чуть в стороне и тем самым превратив себя в живой щит, защищающий идущих сзади воинов от жалящих стрел врага. Понявший мой замысел Рикар заревел во всю глотку, веля всем держаться за моей спиной и прикрывать беззащитных лучников. Вставшие за моими плечами ниргалы довершили дело. Теперь по коридору в ряд двигалось три закованных в полный стальной доспех воинов, принимая на себя стрелы врага и полностью перекрывая нору от стены до стены.
Рикар, осознавший, что я слишком увлекся истреблением врага, окончательно принял командование на себя. Я то и дело слышал его отрывистые приказы.
К тому времени когда мы достигли первого ответвления оказавшегося невероятно длинного земляного хода, за нашими спинами осталось никак не меньше шести десятков поверженных врагов.
Но ничего подобного так и не случилось. Мертвяки, костяные пауки — всего этого было в избытке, все это встретилось нам на пути, и все это воинство бесславно полегло под ударами нашего оружия. И только потом, намного позже, через часы и дни после учиненного нами побоища, я наконец понял, почему ни один из шурдов так и не сумел толком использовать против нас своих познаний в некромантии.