Закричавший от ужаса начальник стражи кинулся к воротам и всем своим весом повис на засове. Жалкая и нелепая попытка. Следом кинулись остальные стражи. За их спинами десятками зажигались огни факелов и светильников. Раздавались первые тревожные крики поднятых на ноги монахов и священников. Зазвенел голос колоколов — беспорядочный и от этого еще более тревожный. Распахивались двери оружейных арсеналов, заспанные люди торопливо облачались в доспехи и хватали мечи.
Но стражи у ворот не видели ничего, кроме содрогающихся ворот и грозящего вылететь из скоб стального засова, и ничего не слышали, кроме мерных ударов, от которых содрогалась земля.
— Держите засов, братья! Держите крепко и молите о помощи Создателя нашего! — прохрипел обливающийся потом начальник стражи. — С ЕГО помощью удержим!
Его слова и надежды подтвердились — монахам удалось удержать засов на месте и не дать ему слететь…
Ворота рухнули целиком, всей своей чудовищной массой прихлопнув стражей и вдавив их в мощенный камнем двор.
Несмотря на открывшийся путь внутрь резиденции ордена Привратников, стоявшие перед поваленными воротами воины не двинулись с места, не разразились радостными криками. Они продолжали молча стоять, и лишь ночной ветер колыхал их длинные черные плащи и со свистом гудел в узких смотровых щелях глухих шлемов. Похожие на стальные статуи воины бесстрастно ожидали приказа.
"Но маг не спешил его отдавать — все его внимание и умение были сосредоточены на медленно подтачивающую стену земляную воронку. И когда в разверстый зев водоворота рухнул первый каменный блок и бесследно исчез, на лице мага появилась хищная усмешка удовольствия. Через три секунды целый участок стены лишился основания и, задрожав, начал рушиться, проваливаясь в жадно ворочавшуюся воронку и превращаясь в невесомую мельчайшую пыль.