Да ещё и мощное давление, которое солнце Аматэрасу сдерживало только отчасти. Воздействие внешней среды изматывало даже меня, что уж говорить про людей. И это ставило под вопрос реализуемость похода даже на десяток километров. Один из гвардейцев был бледен и тяжело дышал, просто сидя на камне. Боюсь, если его заставят идти, то максимум через километр тот рухнет. А бодрить их божественной силой постоянно, я не смогу. Рано или поздно, их плоть не выдержит. Даже у княжны, относительно скоро наступит откат.
Стоп. У меня же была какая-то мысль, которая появилась как раз перед схваткой с носорогами.
Вот оно! Разум моментально вцепился в идею, которая наконец приняла чёткие очертания.
Энергия, что пронизывала собой пространство Пробоя, напоминала ту, которую излучали создания Бездны. А отчасти была похожа на ауру Плутона. Что, если попробовать установит контакт, имитируя оба варианта?
На первый взгляд, это выглядело безумием.
С аурой Плутона всё было относительно просто — я выбрал именно тот вектор, который был схож с найденными мной знакомыми компонентами. А вот пытаться испустить ауру порождения Бездны, я никогда не пробовал. Незачем было. Да и среди богов Парнаса это считалось дурным тоном.
Но как говорила Минерва — не бывает нерешаемых задач. Только нехватка времени и недостаток подопытных.
Не то, чтобы это высказывание полностью подходило к ситуации, но где-то через полчаса и пять нападений со стороны небольших групп местных существ, у меня получилось. Теперь я был способен излучать ауру, которая по своим параметрам совпадала с тварями, порождёнными Бездной.
Гордиться здесь было нечем, но иного выхода я не видел. Потому, потратив ещё несколько минут на то, чтобы сцепить обе полученных ауры в одну, пустил её в дело.
Сначала абсолютно ничего не происходило. Было ощущение, что окружающему миру наплевать на испускаемую мной ауру. Но по мере того, как я наращивал её мощь, начало возникать ощущение силы, что клубилась вокруг.
Я взаимодействовал только с её частью. Но это позволяло модифицировать ауру под нужные параметры. Грубо говоря, передо мной была конструкция из условной сотни кубиков.