Но только кто меня послушает?
Как донести до людей правду? Листовки расклеивать? В газете никто такое не напечатает, даже если подкупить рядового сотрудника, потому что вся информация согласовывается с главредом, а главред и деньги связываться не будет, потому что потом его снесут за клевету. Если же выпустить серию статей, где информацию подавать завуалированно, ее поймут только умные, которые и так в курсе, чем все закончится.
Но все равно, даже если сто человек удастся уберечь от ошибки, это будет огромный плюс к моей нелегкой миссии.
— Василий Алексеевич, — нарушил молчание я.
— Ну? — буркнул он, глядя на дорогу, где яма была на яме.
— Если я вам скажу, что скоро лопнет «МММ» и акции сгорят, вы мне поверите?
— Нет, — бросил он.
— Почему?
— Ты не можешь этого знать.
Я зашел с другой стороны:
— А если в газете прочитаете?
Отчим задумался, помолчал немного и тоже мотнул головой.
— И им вряд ли.
— А кому железобетонно поверите?
Ответил Василий без раздумий:
— Провидице Даромире. Все, шо она мне говорила — сбылось. И шо разведусь скоро, и шо найду свою любовь, но будет сложно, и… — И снова этот взгляд, словно я — говорящая собака, — путь к деньгам укажет молодой человек, но надо напрячься, дабы… Это же ты, Пашка! Вот видишь, и в этом она права! Всё, совершенно всё сбылось! — Внезапно отчим погрустнел и выдал: — Будет и потеря, большая потеря.
— А про «КАМАЗ» она знает? — уточнил я. — Которым фактически владеет только ваш Лёха?
— Знает. Но при чем тут это? Алексей надежный, я ему верю.
— Это и есть потеря, о которой говорила Даромира, — попытался хотя бы так предостеречь его я.
Василий Алексеевич задумался и надолго замолчал, а я представил выступление Даромиры, увешанной оберегами, с негнущимися от перстней пальцами, перед полным залом зрителей. «Продавайте акции, пока не поздно — истину говорю вам! Вижу, вижу обман.
— Наверное, так и есть, — подвел итог услышанного Василий. — Вернусь — серьезно с ним поговорю.
— Не вздумайте! — воскликнул я. — Сперва найдем юриста, который расскажет, как перестраховаться.