— Это еще не все! У нас собственная пекарня! — распекался директор. — Только она деньги и приносит, хоть едой с людьми расплачиваюсь.
Мы попросили сформировать запрос, что ему нужно, он выкатил целый список: от муки и соли до дизтоплива. Про ЖБИ мы спрашивать не стали — и так все понятно.
Из предложенного им нам подойдет разве что томатная паста, кабачковая икра и хлеб. А вот абрикосы в собственном соку в литровых банках наверняка будут интересны деду, когда у него кончится товар. Он поехал по другой дороге. Надеюсь, найдет что-то подобное.
У него теперь есть машина, потому вес полученного товара не принципиален, а цена у абрикосов смешная — 150 рублей за банку. В нашем регионе, где их можно поехать и насобирать тонну под придорожными деревьями, эти банки бессмысленны, а в Москве они — экзотика. За тысячу улетят только так.
Потому я купил шесть паков по двадцать четыре банки, потратив чуть больше двадцати тысяч, а превратится это в сто сорок четыре тысячи!
Директор колхоза и минимальным деньгам был рад.
— Зачем тебе абрикосы? — спросил отчим, садясь за руль.
— Деду в Москву, они там не растут, — объяснил я.
— А-а-а!
В следующем колхозе, «Заря», нам повезло больше: там было зернохранилище. Директор, длинный и тонкий, как макаронина, Юрий Никитич Мутко, оказался словоохотливым и рассказал, что покупатель за товаром не приехал, теперь оно портится, а сдать зерно на хранение в элеватор денег нет, пробиться на рынок нельзя из-за бандитизма и поделенных сфер влияния, продавать за копейки он не будет из принципа.
Цена оказалась более чем приемлемой. Я попросил сформировать запрос, что нужно колхозу, пообещав забрать зерно. Зерно — то, что мне надо!
И этим нужно было дизтопливо. Василий сказал, что будет, а еще у нас есть хлеб, икра и железобетонные конструкции. Директор согласился на хлеб и икру.
Снова обмен контактами, экскурсия в зернохранилище, чтобы мы убедились, что зерно не прелое, без жучка.
В машине я сказал отчиму:
— У этих купим пшеницу, отвезем на мельницу, получится мука и отруби. Отруби дешевые и объемные, мы ими расплатимся за помол. Заберем муку, отдадим предыдущему директору, возьмем икру и хлеб, расплатимся с этими, а оставшуюся муку продадим, это будет наш доход.
— Как ты себе это представляешь? — спросил отчим, когда мы уже тронулись. — Встанем на рынке и будем продавать с машины?
Я качнул головой.
— Нет.