Лиза за ним, как за каменной стеной, и он уже не раз доказывал это.
– Кто же вломился к вам в дом? Ты кого-то подозреваешь?
– Да, – кивнул Стрелец. – Но с этим я сам разберусь. У нас с тобой сейчас дела поважнее. Надо разобраться с тем, что творится в мире Первородных.
– Ты о Скорпионе?"
"– Скорее, о том, что он скрывает. Я не раз ловил его на лжи, хоть и не показывал вида. Не хочу, чтобы он всполошился раньше времени. Кроме того, мы не знаем, кто из членов Королевского Зодиака с ним заодно. И что за тайны они скрывают от остальных.
– Так с чего ты решил начать? – осведомился Козерог.
– Я много думал в последнее время… И пришел к выводу, что ничего не знал о своей бывшей жене Клариссе, за исключением того, что она была алабастром, как и Ирина с Лизой. Я никогда не видел ее родственников и не знаю, к какой кровной линии она принадлежала. Но все, что случилось в музее… Лицо сумасшедшей Устиньи на полу… Это было жутко. Что связывало Клариссу с Устиньей? Как ее тело оказалось в подвале музея в ту ночь семнадцать лет назад?! Не знаю, что там случилось, но я уверен, что это связано с событиями, происходящими сейчас.
– Откуда Кларисса родом? – поинтересовался Козерог.
– По ее словам, она родилась в Ягужино. Я хочу наведаться туда и попытаться разыскать ее родственников. Может, тогда что-то прояснится?
– А что написано о ее кровной линии в старых матрикулах?
– Там упомянуто семейство Вяземских, это родня Клариссы, но мельком и без особых подробностей.
– Не было особой необходимости прослеживать происхождение темных и светлых, – кивнул Козерог. – До тех пор, пока темные не начали вставать на сторону Огненных волков. Когда отправишься в Ягужино, возьми меня с собой. Эта история интересует меня все больше и больше…
– Договорились, – кивнул Егор Зверев.
9
Тварь у порога
К Рычковым шериф и Борис Макарский подъехали в девять часов вечера. Мезенев хорошо знал эту улицу, через пару дворов отсюда стоял дом профессора Андронати, где безумный старик пытался его прикончить. Вдоль тротуаров темнели оголенные деревья, с которых давно облетела вся листва, ветер разносил по дороге мусор из переполненных контейнеров.
– Окраина, – вздохнул Макарский, выбираясь из машины.