А других реальных способов воздействия на стоящего передо мной человека у меня, к сожалению, пока нет.
— Саша, я не знаю... — он запнулся на полуслове, как будто действительно не может подобрать нужных слов. И обычное «прости» здесь вряд ли подействует.
— Что? Не знаешь, что на тебя вчера нашло? Не можешь подобрать оправдания своему зверству? Не трудись, у тебя всё равно не получится.
— Саша... — его тон не оставляет сомнений: мужчина чувствует себя хозяином положения. Даже сейчас.
— Отойди, мне нужно переодеться.
Мы упрямо смотрим друг другу в глаза некоторое время, но тем не менее Миша посчитал более приоритетным отступить и позволить мне пройти вперёд.
Он следует за мной попятам, и я бы с лёгкостью и без зазрения совести сменила одежду прямо при нём. Но есть то, что меня останавливает.
Я не могу не понимать, как на него подействует обнажённое тело. И с моей стороны было бы непроходимой, самой нелогичной тупостью демонстрировать свои прелести мужчине, которого я хочу от себя отвернуть. Да и вообще позволять ему приближаться к моей спальне — непростительная тактическая ошибка.
Как его выпроводить?
Миша цепляет меня за руку и твёрдо притягивает к себе.
— Я хотел поговорить.
Не знаю, что делать. Дать ему шанс всё выложить, как есть, и потом равнодушно сделать вид, что ни одно его слово не изменило мою точку зрения. Либо изначально дать понять, что я вообще не намерена его слушать. Ошибочно или нет, но я выбрала второе. Резко вырываю свою руку из его хватки, совершенно спокойно продолжая:
— У тебя вчера была для этого прекрасная возможность.
— Саша, я правда не знаю, что на меня нашло, — заявляет. Я начинаю медленно от него отодвигаться, но вновь оказываюсь схваченной. — Я вообще не верю, что ты говоришь серьёзно!
— Поверь. Серьёзней некуда.
— Да ты пойми! Я…"
"— Убери руки, — пытаюсь контролировать каждое своё слово, старательно выжимая из него любые эмоции. — Мне больно.