Считает себя писателем. Его книги не читал, поэтому не знаю, талантлив ли. Скорее всего, нет, иначе бы помнил еще по первой своей эпохе. В молодости я читал взахлеб и всё подряд.
Ближний круг, в который на один раз включили и меня, отправился в ресторан «Пинте Бессон» на «стоячие» поминки в отдельном зале. Видимо, чтобы гости не задерживались надолго. Подавали красное и белое вино и шнапс, который обожал Эдуард Сантоз. Любовь к этому напитку передалась только младшему сыну, быстро опьяневшему.
— Выпьешь со мной? — предложил он, протягивая рюмку шнапса.
— Нет, — ответил я.
— Почему⁈ — искренне удивился Морис-Ив Сандоз.
— Мне еще лететь домой на самолете. Да и крепкие напитки пью только по вечерам в кругу приятных мне людей, — объяснил я.
— Я, значит, неприятный⁈ — начал он заводиться.
— Именно так, — спокойно произнес я.
Мой ответ ошарашил его, сбил спесь:
— Ты кто такой?
— Крупный миноритарный акционер компании «Сантоз» и еще нескольких, — спокойно ответил я.
— А-а, это тебе отец приказал продать часть акций! — вспомнил Морис-Ив Сандоз, причем произнес это так громко, что все посмотрели на нас.
— Видимо, да, — согласился я.
После чего он потерял ко мне интерес, пошел искать гибкую жертву.
Ко мне сразу подошел старший из Сандозов, извинился за младшего, объяснил:
— Брат был любимцем отца.
"— Я понимаю, — успокоил его. — Если не возражаете, я покину вас. Мне еще лететь домой.
— Я свяжусь с вами на днях. Обсудим пожелание отца, чтобы вы увеличили свою долю в нашей компании, — пообещал он на прощанье.
Не обманул. Через три дня пришло письмо с вопросом, как много акций я хотел бы купить? Я указал сумму, которая была на тот момент на моем счете в банке «Баварский муниципальный». Видимо, это было намного меньше, чем он опасался, поэтому сделку по биржевой цене, без накруток, закрыли быстро.
35
За зиму компания «Женевские авиалинии» неплохо заработала и погасила большую часть кредита, полученного на покупку самолета. Мы договорились с Алексеем Суконкиным, что лето проведем на море.