Глава 8
Золотой вихрь слизывает пламя, открывая нам просторный холл с фреской драконьего календаря во всю стену. Плечо что-то задевает, промелькивает мимо силуэт, и император падает на спину.
Завалившая его Пушинка становится видимой и улыбается во все зубы:
– Оюшки…
Рот у неё такой, что голова императора влезет.
– Пушинка, фу! – вскрикиваю отчаянно.
Она невинно хлопает ресницами.
– Валерия, – глухо зовёт император, расплескивая вокруг золотую магию. – Это твой симбиот. Что это значит?
Если бы я знала! Пушинка вдыхает, затягивая в себя излучаемое императором золотое сияние.
– Пушинка, отойди, – пытаюсь оттянуть «лошадку» за холку. – Наверное, она обиделась, что вы нас перенесли внезапно, не подождав её.
Ну не говорить же, что она решила императора покушать! Пушинка усиленно кивает.
– Что, я у этого должен разрешения спрашивать? – Император приподнимается на локтях. На руках у него когти золотые выросли и чешуя. – Все творят, что хотят, всем дай объяснение, пояснение и инструкцию. Я император! И не обязан отчитываться перед всякими…
– Простите, она больше не будет. – Сердито смотрю на Пушинку, продолжающую впитывать золотое свечение. – Не будешь бросаться на императора?
Она опять невинно хлопает ресницами. Но слезает с разгневанного дракона.
Отряхнувшись, император приглаживает волосы.
– Сейчас мы пройдём в казармы. Валерия, ты просмотришь всех на магию Бездны.
– Возможно, не стоит всем демонстрировать её дар Видящей? – просит – именно просит – Арендар.
Ожидаю отповеди, обвинений в озабоченности личными интересами, но император устало смотрит на сына:"
"– Враг о ней знает. Он опережает нас на несколько шагов, знает о нас всё.
– Понимаю, – выдавливает Арендар и обнимает меня за плечи. – Но я боюсь за неё.
– Мы справимся, – поглаживаю кончики его похолодевших пальцев.
– У нас нет выбора, – напоминает император. – За два дня нашего беспамятства Культ мог убрать своих агентов, но попытаться стоит.