Их то ли не поставили на консервацию, то ли наоборот, расконсервировать не успели до конца.
— Справитесь?
— Да все они на один лад!
Следующие несколько часов я помню смутно. Обливаясь потом, мы таскали деревянные ящики с боеприпасами. Набивали ленты и очищали от смазки вооружение. Водители, тем временем, загружали в машины аккумуляторы и заправляли баки топливом. Не сразу разобрались с тем, как включается топливоподача. В результате один из танков облили солярой с головы до ног. Мимо него ходили с осторожностью, стараясь не топать ботинками по бетону.
"Наконец, механики, посовещавшись, решили запустить двигатель первой машины. Неудачно. Дизель чихал, кашлял, но заводиться отказывался. Плюнув на это дело, переключились на вторую. Вот тут дело пошло веселей.
Механизм открывания дверей я нашел почти сразу. Маленькая комнатка в самом конце штольни. Инструкции на стенах, поясняющие надписи. Рычаги управления гидравликой. Все это было как новое, блестело маслом, хотя и открывались эти ворота в последний раз, наверное, уже давно.
— Командир! К вечеру дело, а к этим так никто и не пришел.
— Вижу. Что думаешь?
— Взять надо одного тихонечко. Да поспрошать вдумчиво, кого они тут ждут и как долго собираются это делать. Потом нож в брюхо — и в аут.
— Пожалуй… А то эдак мы здесь до второго пришествия просидеть можем.
Бесшумно скользнув в густую траву, две фигуры растворились в ней, как упавший кусок сахара в горячей воде. Их перемещения можно было отследить разве что по верхушкам колеблющейся травы. Прошло еще несколько минут.
Внезапно на одном из топливозаправщиков шевельнулся пулемет на крыше. Стрелок развернул его в сторону ползущих.