У него удивленно поднимаются брови.
— На минутку, товарищ майор, — деловым тоном произносит Галина.
Выпрыгиваю из машины на улицу. Гадалка отходит в сторону.
— Ну, — спрашиваю у нее, — что у нас еще неприятного?
— Да как сказать… — пожимает она плечами. — Пасут нас…
— Это я знаю. В лесу два десятка мерзюков заныкались.
— Да нет, он совсем рядом сидит.
— Это где же?
— На опушке, причем недалеко.
— И?
— Это снайпер.
Час от часу не легче! Только вот коллег Гадалки и Потеряшки здесь не хватало для полного обалдения!
— Ты уверена?"
"Вместо ответа девушка поднимает руку.
— Это «Мираж». Сразу же по прибытии я стала осматривать окрестности. Прибор дал характерную засветку в той стороне, — она указывает рукой. — Там сейчас Виктор залег, пытается нащупать стрелка.
— Так… — озадаченно чешу я в затылке. — И что же нам теперь делать? Васину это сказали?
— Еще нет.
— Так чего ждем? Пока он подстрелит кого-нибудь?
— Кто-нибудь его не устроит. Он спокойно мог завалить уже человек десять, если бы хотел. Судя по всему, он там лежит уже давно, приполз затемно. За это время в зоне обстрела побывало уже человек двадцать. В том числе и наши ребята, из колонны.
— Однако… И кого же он там караулит?
— А я знаю? Кого-то из руководства, скорее всего.
Минут через десять, уговорив ворчливого профессора обождать около машины, мы с Гадалкой выдвигаемся на позицию.
И что видит стрелок со своей позиции? Разбитое и полуобгоревшее здание штаба? Суперская цель!
Обвалившиеся стены казармы охраны?
Ну, да, делать ему больше нечего, как на развалины смотреть…
Санчасть… санчасть! Мы с подполковником заходили… через боковой вход, его с опушки не видно! А вот «уазик», высадив нас, отъехал на стоянку… вот она, точнехонько напротив основного входа, он же — выход! То есть, по логике вещей, начальство отсюда и выйдет… сюда же его потом и затащат.