Оставь ее, дорогой наш друг и родственник! И твои брат и сестра – подумай о них!
Когда наступила темнота и начался ураган, Криста закрыла лицо руками. Она стояла и громко плакала, все было так ужасно, так трагично. Она не видела, что людей вокруг нее повалило на землю, она слышала только сильный голос Бенедикты, а потом священник возобновил благословение, на этот раз в гораздо более миролюбивом и спокойном тоне.
Медленно, медленно ураган вокруг поляны затих. Криста открыла глаза. Пугающая темнота отступила: шум дождя – вот, что было слышно сейчас.
– «Именем Иисуса Христа. Аминь!» – закончил свою молитву священник.
Линде-Лу сдался. Он уже не мог быть привидением. И не мог видеть свою любимую Кристу.
Но он добился своей первоначальной цели: ужасное преступление, совершенное тридцать лет тому назад, было обнаружено и расследовано, «господин Педер» понес наказание – и могилы в лесу были найдены.
Тому, что когда-то было его желанием, – тому, чтобы трое мертвых легли в освященную землю, он в конце концов пытался помешать.
Но он понял, насколько нереальной была его мечта о Кристе.
Теперь он и его маленькие брат и сестра обрели покой.
Священник был потрясен. Руки его дрожали.
– Я… Мне надо идти, – сказал он коротко. – Можете начинать копать.
И он ушел.
Криста не могла больше здесь оставаться. Она не могла видеть, как достают белые кости, которые когда-то были ее Линде-Лу.
– Я хочу спуститься к хутору, – сказала она вдруг.
– Мы пойдем с тобой, – сказала Бенедикте, и Андре тоже кивнул.
– Спасибо вам, – сказала она.
Она показала им дорогу вниз, идущую через лес.
– Значит, он сын Ульвара? – спросила Криста подавленно.
– Да.
– Ульвар был отцом моей матери. Значит, Линде-Лу был братом моей матери.
– Верно. Имре выяснил, что в тот год, когда Ульвар попал в тюрьму, у него был очень короткий роман с девушкой, работавшей там. Ее сразу же уволили, но в 1879 году она родила сына, которого назвали Луи. Потом она вышла замуж и поселилась на хуторе Мюггетьерн, родила двоих детей – но и она, и ее муж вскоре умерли.
– 1879? А когда произошла трагедия?
– В 1897, так говорит Имре.
– Значит, Линде-Лу было только восемнадцать лет, когда он умер. А мне он сказал, что ему двадцать два. Но, конечно, он не отдавал себе в этом отчета.
Она снова вытерла слезы и попыталась сосредоточиться.