— Да вот так вышло, что у вас нового? — мужчина достал подарочный коньяк, именно той выдержки, которая была в фаворе у Багирова, на что сразу получил одобрительный кивок. Да, тут собрались ценители прекрасного.
— Да какие новости, с папкой твоим почти на каждые выходные рыбачить ездим, наших красавиц оставляем в бабьем царстве на даче, а сами свинчиваем нервы лечить, — Багиров откинулся на спинку черного кожаного кресла и мечтательно улыбнулся. Было сразу видно, что такие выходные приходились ему по душе.
Саша слушал внимательно, выуживая лишь ту информацию, что подсознательно волновала его больше всего.
— Рад, что ты приехал, да может и Мишка наконец-то заявится, а то торчит в своем Питере без конца и края, как курица-наседка пыхтит над Никой, девчонка одного родила, и второго родит спокойно, без сопливых.
Саша посмотрел на Руслана недоверчиво, скептически изогнув бровь.
Помнится, именно Руслан разносил клинику в пух и прах, пока его жена рожала, да и именно Багиров старший был в роли курицы-наседки вплоть до трех лет, пока любимая дочка Мила не пошла в сад. Но тогда начались новые проблемы, мальчики, видите ли, внимание стали обращать. Руслан все начищал до блеска свое ружье со словами «будем отстреливаться» и на любые разговоры дочери о новом ухажере злился, бушевал и грозился пойти в сад разобраться с ее мужьями.
А потом она как-то незаметно для окружающих стала называть Сашу своим мужем и очень уж радовалась его приходу. Тогдашний долговязый парниша с юмором относился к детским речам, терпеливо сносил любые капризы и соглашался играть во все игры, в отличие от брата Милки, который часто не горел желанием тратить время на сестру. Лишь с возрастом их отношения достигли той нежной братско-сестринской любви.