Это изделие аламовких плотников стояло на мощных толстых столбах-бревнах, и было опоясано бандажами по типу обычной бочки. Просто в увеличенном масштабе.
Пропитав саженцы водой, я отнес их в кузов, заботливо укрыл мешковиной от Солнца, и полез в кабину. Там снарядил новые магазины патронами, и положил их в картонную коробку на заднее сидение.
И пошел отдыхать, завтра снова в дорогу. Да и вечером с братьями серьезный разговор, подумаем, может, и на самом деле ремонтную бригаду создадим.
Вечером мы все собрались за длинным столом в салуне.
Так что ужин прошел в веселой и большой компании. Мы отдали должное и здоровенным стейкам, и отварным кукурузным початкам, и местному пиву. Правда, с пивом не перебарщивали, так, по кружечке.
После дамы пошли по магазинам, в шопинг, так сказать, а мы остались. Малика я заранее предупредил, а Виктор Константинович просто почуял, что предстоит серьезный разговор, и остался.
– Ну, парни, рассказывайте, почему вам горячо дома стало? И в чем и как сильно вы замарались?– я поставил полупустую кружку на стол. Мы сменили место нашей дислокации в салуне, пересев подальше от длинных столов в свободный угол, чтобы и нам не мешать веселым компаниям, и нам не мешали.
Братья переглянулись, и Толик ответил:
– Мы в том мире жили в небольшом городе в Поволжье.
Но полгода назад под наш городок копать стали. Потом попытались завод молочный захватить. Рейдеры появились, сунулись, как обычно с судебным предписанием. Только не учли, что хозяин не цивильный, и у него своя бригада есть.
Выкинули мы их из проходной, и попугали. Машину разбили, самих пинками из города гнали. Но не калечили, так, поджопниками. Думали, успокоятся.
Но те сменили главного мента, и со своим спецназом снова сунулись.