Блин, ветер-то оттуда! Пожар!
Минут пять мы ехали по узкой дороге, пытаясь оторваться от приближающегося пламени, уже видимого на горизонте. Но полоска огня неумолимо приближалась, уже колонна была вся окутана едким дымом.
– Олег, звони своему начальству, нужно пал пускать, а то сгорим нахрен, – прокричал я вцепившемуся обоими руками в панель мальчишке.
Тот кивнул, включил рацию за левым плечом и скороговоркой забубнил в гарнитуру.
– Володя, Семеныч спрашивает как?– повернувшись ко мне, спросил он.
– Облить бензином за дорогой и поджечь, а потом машины на выгоревший участок за дорогу отвести. И скорее, догоняет!– сзади творилось жуткое, огненное светопредставление. Высоченные столбы пламени с гулом пожирали кустарник и бурьян, сжигали деревья.
Грузовик обогнали небольшие антилопы, в панике, не выбирая дороги, несущиеся от смерти.
– Колонна, стой. Мужики, с канистрами топлива на выход. Поливать растительность с левой стороны дороги,– идущие впереди грузовики остановились, из передового джипа выскочил Семен Семенович, руководя поливающими бензином и соляркой кустарник мужиками.
– Хорош, поджигайте. Скорее!
Я отбросил полиэтиленовую канистру в сторону, перекинул автомат из-за спины, и короткой очередью в упор поджег кустарник. Справа и слева тоже коротко ударили автоматы. Пламя весело рвануло по облитым бензином сухим веткам и листьям, подхватилось ветром, взлетело вверх и с гудением и щелканьем начало отодвигаться от дороги.
Я отбежал от жара к своей машине, прыгнул в кабину, схватившись за руль. Поглядел в зеркало заднего вида. Пламя степного пожара уже практически догнало колонну.
– Вперед, на сгоревшие земли. Аккуратно, не подожгите машины!– передние грузовики свернули с дороги и поехали по еще не потухшей до конца земле.– Василь, пробей дорогу!
– Есть, тащ майор,– весело ответили в колонке рации.
Из конца колонны по обочине вперед рванул броневик, обогнал всех и начал проламывать проезд в гаснущих кустах.
В одном из грузовиков ревели и бились о доски бортов верблюды, в другом орали и бросались на прутья клеток очумевшие от страха тигры. В доступном эфире стоял крик и матюки, кто-то читал молитву. Дым застил все вокруг, ехали как в густом, едком и горячем тумане. С боков изредка коротко вспыхивали недогоревшие деревца.