Хотя и это здорово.
Кроме того, у меня остались два небольших, но очень увесистых ящика с твердосплавными напайками. Их я продавать не стал, хотя они и стоили весьма дорого. Нет пока завода твердых сплавов в Демидовске, тоже на завозных работают.
В общем, я облегчил грузовик почти на тонну. И получил наличкой около семнадцати тысяч экю.
– Ну как, торгаш? – поинтересовалась Олеся, когда я отмывал руки стиральным порошком под колонкой. – Доволен?
– Да. Хотя и меньше вышло, чем я рассчитывал, но нормально. Нужно в банк положить на свой счет, но это потом.
В это время ко мне подошел невысокий парень со светловолосой полной девушкой из соседнего домика, с любопытством наблюдавший за моей возней с железом. Возле его домика стоял новенький УАЗ – буханка с дюралевой лодкой на роспуске, набитой всякими вещими и закрытой брезентом.
– Привет, ребята. Меня Абдумалик зовут. Можете просто Маликом. Это моя жена, Светлана. Я вижу, ты тоже с железом связан?
– Да, я слесарь.
"– Я тоже. Слесарь-сборщик с Ульяновского авиастроительного. Надоело, если честно, ни работы нормальной, ни зарплаты. А недавно по цехам один дядек прошел, собирал народ на работу за границу, раздавал анкеты. Мы со Светкой заполнили, и сюда вот попали. Ладно, попозже переговорим, хорошо? Мы сейчас в представительство идем, разузнаем, что и как. Вы пойдете?
Мы с Олесей переглянулись.
– Может, попозже. Я сейчас хочу в оружейный проехать в промзоне, там тир есть. Да и патронов обменять охота. Наверное, завтра. – Олеся согласно кивнула.– Если можно, захвати проспекты и карты и на нас.
Я помог Малику отстегнуть роспуск с лодкой от УАЗа, и они уехали. А мы с Олесей на ее Тойоте поехали в сторону железной дороги и порта, где и находится этот оружейный.
Основательно попетляв по улицам промзоны, мы, наконец, нашли этот магазин.
Он сразу принял предложение обменять бинокли на патроны, правда, дал всего по пятьдесят экю за каждый.