Показываться рядом с местом действия было излишним риском. Петербург, это вовсе не Пекин в плане насыщенности силой, но зачем создавать потенциальные проблемы, если их можно избежать?"
"Дракон показывал крыльцо особняка и подъездную дорогу к нему. Рядом толпились журналисты. Из числа тех, кого не позвали сразу — эти подтянулись уже после того, как получили информацию о спасении маньчжурской принцессы.
Вот подобралась охрана в парадных мундирах цветов Волконских — белый с зелёным. Медленно открылись массивные двустворчатые двери.
Первой вышла Наталья Волконская. Уверенная и излучающая гнев, который патрицианка, казалось, пытается сдерживать. Следом показалась её внучка. И только потом сам князь Волконский. Последний был в некотором замешательстве — насколько я понимал, его мать не поставила главу рода в известность о той части плана, которая касалась царевича и она стала для патриция большим сюрпризом.
Затем появился и сам Алексей, рядом с которым невозмутимо шагала Мейли.
Сандал подлетел ближе, чтобы услышать задаваемые вопросы, вместе с ответами на них. И судя по тем фразам, которые я улавливал, благодаря дракону, пока всё шло по плану.
На самом деле, вся схема была проста. Мне было необходимо вернуть Мейли в свет, обставив её появление так, чтобы к процессу освобождения не возникло лишних вопросов. Царевичу требовалось заявить о своём выздоровлении, а заодно и поднять уровень известности.
Тем более и повод был подходящий — Наталья вылетела к Шуйским практически сразу, как Анну доставили в родовую крепость. Изначально она планировала переговорить со мной и только после этого отправляться к князю. Но поменяла свои планы после разговора с внучкой. Видимо убедилась, что это не безумная комбинация, чтобы затащить её в ловушку.