Интересно, он понимал, что разговор можно записывать и без специализированных артефактов? А стоило мне предоставить запись, подтверждённую фоновыми отпечатками силы нас двоих, любой крупной газете или Третьему отделению, и конкретно этому Рюриковичу конец. Конечно, он возможно ещё отобьётся. Но вот план точно пойдёт сирене в глотку.
— Вы считаете, что я на это способен?
Тот с невозмутимым видом пожал плечами.
— Абэ вы ведь как-то раскатали, правильно? На всякий случай с вами отправятся дополнительные силы. Назовём их дворянскими ополченцами.
Судя по уверенному тону и словам, который он озвучивал, Рюрикович был полностью уверен в моём согласии. А я продолжал подыгрывать.
— Когда потребуется всё сделать? И каковой будет награда?
Бледнокожий юноша вновь слабо усмехнулся.
— Разве я могу знать, когда именно скончается наш великий император и соберётся Земский Собор? О таком неведомо никому.
Слишком много за относительно простую задачу. Конечно, лёгкой бы её не назвал и сам Марс. Тем не менее, оплата была несоразмерной — Вениамин мог легко отыскать массу других патрициев Дальнего Востока, что согласились бы на всё ради одного миллиарда и титула графа.
Впрочем, если они собирались меня убить, то никакой разницы не было. Мертвецу можно обещать всё, что угодно — выполнять ничего из этого, всё равно не потребуется.
— Звучит неплохо. Но кое-что потребуется мне авансом.
Смертный усмехнулся и на этот раз в его глазах пробилась нотка превосходства, которую он так тщательно прятал всё время нашей беседы.
— Сколько?
Настал мой черед демонстрировать ему зубы смертной оболочки.
— Князья Гагарины, Дивеевы и Засекины. Это мой аванс.
Тот нахмурился.
— В каком смысле? Хочешь убить их? За что? — вполне искренне возмутился он, при этом не отвергая саму мысль.
— Ты хочешь сменить императора, а я хочу изменить условия одного старого договора, — невозмутимо объяснил я Рюриковичу.
Вот так мы и перешли «ты», благополучно сделав вид, что ни один из нас, этого не заметил. Вениамин же, после недолгого размышления, удивлённо моргнул.
— Маховы? Хочешь освободить их? Дивеевы, Гагарины да Засекины — гаранты договора. Но если эти отзовут подписи, то паника начнётся уже среди всех остальных.