Через какие-то секунды мы покинули зал, провожаемые изумлённо-задумчивым взглядом Засекина, который застыл около входа, пытаясь прийти в себя.
Все распоряжения, что касались самолёта, я отдал ещё вчера. Второго пилота за один день отыскать не смогли. Но зато взяли на работу стюарда. Слабого Одарённого, которого связали по рукам и ногам клятвой. Понятное дело, я бы предпочёл иной метод, но тут было не до выбора. Задействовать на такой должности кого-то из посвящённых в мои секреты, было бы слишком расточительно.
Царевич заговорил, когда мы уже взлетели, а стюард принёс кофе, сэндвичи и печенье.
— Куда мы летим? И к чему всё это? Я сократил свою программу на форуме вдвое, использовав в качестве предлога болезнь. А теперь объявился у всех на глазах в аэропорту Владивостока. Да ещё и улетел с тобой, в неизвестном направлении. Не то, чтобы меня сильно заботила репутация, но казаться лгуном в глазах всей имперской знати, тоже не хочется. Ради чего понадобилась настолько чудная схема?
Отпив кофе, я аккуратно поставил пластиковый стаканчик в предусмотренное конструкцией углубление и повернул голову к Рюриковичу.
— Ради целого набора важных вещей. Твоего здоровья, например. Будущего империи. Жизни Анны Волконской. Разве этого мало?
Тот с некоторым сомнением глянул на меня. Покосился назад, где сидели его телохранитель, Асука и Прохор, отделённые от нас барьером.
— Для того, чтобы меня вылечить, нужно было обязательно куда-то лететь? Причём тут будущее империи? И каким боком, всё это касается княжны Волконской?
Судя по тону, Рюрикович был слегка на взводе, из-за чего я сначала даже удивился.
— Вылечить тебя я мог и на месте. Но процесс требует определённого времени. Скорее всего понадобятся несколько сеансов, между которыми должны быть промежутки. А мне требовалось покинуть Владивосток.
На лице патриция немедленно возникло возмущённое выражение, но выплеснуться его негодованию наружу, я не позволил — сразу продолжил.
— К тому же, мы сможем обсудить вопрос будущего всей империи. А ты сможешь принять участие в увлекательном расследовании. Но об этом потом. Думаю, прямо сейчас, стоит перейти к первому сеансу лечения.
По мере того, как я говорил, у царевича явно появлялось всё больше вопросов. Но последняя фраза разом переключила фокус внимания на совсем другое.