- Не знаю, о чем ты, но тебе надо срочно возвращать свою женщину и ребенка.
- Ну, Сашка, на хрена я им? – морщится, будто тонну лимонов съел. - У меня диагноз. Я не могу сконцентрироваться на чем-то конкретном, устаю от рутины. Да я ни с одной бабой дольше пары недель не задерживался. Надоедают они быстро, даже самые яркие «акробатки», - криво ухмыляется, но я улавливаю нотки горечи.
- И что, много у тебя их было после Славы?
- Никого, но мне просто не до этого. Голова другим забита.
- Ты сам ответил на свой вопрос, - поднимаюсь, чтобы вернуться к Олегу, который с подозрением поглядывает на нас, однако задерживаюсь на доли секунды.
- Какой?
- Любовь, братишка, - по-доброму подмигиваю ему и, рассмеявшись, спешу к мужу. – Дочку в честь меня назови, - возвращаю его же шутку.
Оказываюсь рядом с Олегом до того, как закончится видео. Прильнув к нему, укладываю голову на плечо. Опускаю ладонь на бедро, успокаивающе поглаживаю, усыпляю бдительность мужа, а сама смотрю в сторону кухни, откуда после показа должны вынести торт с секретом.
- Ну что, готов, папочка? – хитро смотрю исподлобья.
- Не особо, - малодушно признается.
Серия обрывается, слово берет главный редактор проекта, благодарит всех участников и рассыпается в дифирамбах Высоцкому, а тот сидит как на иголках над жерлом извергающегося вулкана. Лицо каменное и серое, губы сжаты в прямую линию, брови сведены к переносице.
Пока я мысленно проклинаю эту красотку и слежу, чтобы она не соблазнила моего мужа, сам Олег испепеляет взглядом торт. Полностью девчачий: покрытый розовым кремом, украшенный огненно-рыжими цветами, усыпанный сладкими бусинами.
- Девочка, - хрипло бубнит Высоцкий. Не спрашивает, а озвучивает факт и лихорадочно пытается с ним смириться."
"- Поздравляем! – скандируют гости.
- Мам Саш, а можно на братика поменять? – скептически роняет Маруська, транслируя мысли своего отца.
Как же они похожи. Олег размножается копированием. Интересно, нашего малыша это тоже коснется? Еще один мини-Высоцкий – испытание не для слабонервных.
- Что делать будем? – дергаю его за рукав и жестом указываю на торт, который уже стоит перед нами.
На верхушке среди пышных кремовых розочек яркая надпись: «Мальчик или девочка?», но Высоцкий не обращает на текст внимания. Думает, что все уже решено.