Те закрепляли веревки тугими узлами.
— Шаол и Венти поженятся? — спросил Шен.
— Еще не знаю. Шаол во многом пошел в своего отца, он честолюбив и вспыльчив, он мог простить невысокое положение своей невесты, но вот ее хитрость за его спиной, направленную против члена семьи… Не уверен, что он простит ее. Так, я думаю, будет лучше. Все-таки молодая госпожа Ган красива и хорошо воспитана, она будет отличной для него парой.
— Наверное, ты прав, — вздохнул Шен."
"— Но меня все еще терзает вопрос по поводу той броши.
— Ты слышал что-либо про секту Хладного пламени? — спросил Шен.
Дождавшись, когда Шуэр отрицательно покачает головой, продолжил:
— Эта довольно могущественная секта заклинателей, избравших искаженный путь. Шиан и весь орден РР борются с ними и уже почти уничтожили. Я, как ты понимаешь, тоже активный участник. Думаю, это дело с брошью — отчаянная попытка этих людей уничтожить меня силами других.
— Я думал, опасность исходит только от вашей Глубинной тьмы! А тут еще какая-то могущественная секта!
— Мир заклинателей довольно непрост, — криво усмехнулся Шен. — Не все тебе участвовать в сражениях, мы тоже это любим.
— Будь осторожнее, пожалуйста! Ты все еще недостаточно окреп, чтобы участвовать в сражениях! Пусть лекарь Од и поразился, как гармонизировалась твоя внутренняя энергия, он сказал, что ты все еще не восстановил свой организм.
— Я не буду лезть в драки, если можно будет обойтись словами, — пообещал Шен.
Шуэр вздохнул и потрепал его по голове.
Шумно. Женский спор — что за наказание для ушей. И ему приходится слушать это, без возможности заткнуть их глотки. А-ррр!
Наконец, ресницы беловолосого мужчины дрогнули, а взгляд приобрел осмысленность. Он сделал глубокий вдох полной грудью. Как же изнурительно-долго он восстанавливал это тело, чтобы, наконец, иметь такую возможность.
Говор женщин оборвался, они одновременно медленно, со страхом повернули головы в его сторону.
И уставились в два бездонных багряных глаза.
Глава 85. Ты не веришь в предсказания
Шумно. Женский спор — что за наказание для ушей. И ему приходится слушать это, без возможности заткнуть их глотки. А-ррр!
Наконец, ресницы беловолосого мужчины дрогнули, а взгляд приобрел осмысленность. Он сделал глубокий вдох полной грудью.