Конечно, это надувательство, но, если Скора станет гатанусом, он заплатит вдвое больше, чем Йорк смог бы получить за это время в другом месте.
— Против кого мы боремся?
— Против СТорка, второго племянника. Он не так расточителен, как Скора, и все консервативные дворяне и жрецы ветра на его стороне. Но он не боец, и у него нет собственных войск. Здесь армия строится на основе отрядов из дворян. И если лорд недостаточно популярен, чтобы привлечь войско, у него не будет армии. Вот так просто. Скора считает, что при поддержке орды дело даже не дойдет до битвы, просто противник сбежит с поля.
За стенами Тарка мостовая внезапно оборвалась, и телега погрузилась в глубокую пыль на дороге, которая была, по сути, караванной тропой. Из–под клыков спускной решетки они вышли из столицы на открытую местность. Торговцы со своими гуенами ждали прохода в Тарк. Кана заметил, что эти путешественники меньше ростом, чем гигант–ллор. К тому же они были тщательно укутаны в плащи с капюшонами и стояли в стороне, молчаливые и лишенные индивидуальных черт, как привидения, пропуская землян.
Лагерь орды располагался в миле от города, желтые лагерные огни приветливо манили к себе во тьме безлунной ночи. При их свете Кана отыскал свою палатку, развернул спальный мешок и заполз в него, чтобы поспать несколько часов.
Последовала неделя утомительной муштры, чтобы сплотить вновь прибывшую орду в боевой отряд. За это время Кана был либо слишком занят, либо слишком уставшим, чтобы размышлять о своем будущем.
Кана должен был согласиться, что мятежный хорта представлял собой прекрасный образчик полуварварского военного вождя. В сопровождении кавалерийского отряда на упрямых самцах–гуенах он не раз проезжал через лагерь землян.
В это утро Кана вместе с Роем шел боковым на марше. И вот появилась группа закутанных в плащи с капюшонами всадников, поднимая густую пыль.