Тайрифи давно уже никто не видел. Только этот дар ничего не менял во мне. Я не могла творить чудеса, читать мысли или предсказывать будущее. И уж тем более не являлась оружием массового поражения дрейгов, как считал отец.
— Невероятно, — выдохнул мужчина. — Теперь понятно, почему Форр согласился на сделку.
— Да. Я смогла убедить его помочь Айрин.
— И куда ты теперь?
— Не знаю, — честно призналась ему. — Особого выбора у меня нет. Из квартиры выгнали, работы лишили. Немногочисленные друзья и знакомые отвернулись.
Сеймур кивнул и спросил осторожно:
— А дрейг?
— У нас с А'Рэ Форром иные отношение, — уклончиво отозвалась я, не желая углубляться в столь щекотливую тему. — Проживание на его территории в них не входит. Да я и не хочу.
Чар понимающе хмыкнул и внезапно достал из кармана небольшую ключ-карту, которую тут же протянул мне:
— Держи.
— Что это? — спросила у дока, не спеша принимать подарок.
— Ключ от моей квартиры
— Чарлтон, нет, — покачала я головой.
Но мужчина сам схватил меня за руку, вложил в ладонь карту и сжал, продолжая удерживать.
— Я все равно там почти не бываю и часто ночую прямо на работе. Ты мне не помешаешь. Мы можем вообще не пересечься. А квартира большая. Два уровня, три отдельные комнаты.
— Чар, — прошептала, не сводя застывшего взгляда с наших сомкнутых рук.
— Не отказывайся, София. Тебе ведь некуда идти, — продолжал уговаривать мужчина.
— Это не значит, что ты должен помогать в ущерб себе.
— Но я хочу.
Для меня никто и никогда не делал такого. Впервые за долгое время я не знала, как поступить. И так боялась разреветься.
— Чарлтон, ты даже себе не представляешь, что будет. Твоя семья, родственники, друзья, коллеги, — я замерла, переводя дыхание, и быстро продолжила. — Они не поймут и не простят твоего участия в моей жизни.
— София…
— Подожди, — перебила его срывающимся шепотом. — Я не хочу, чтобы опала коснулась и тебя. Только не тебя.
И попыталась вернуть Сеймуру ключ.
— София, мне плевать на их мнение.
— Это ты сейчас так говоришь. Поверь мне, быть изгоем совсем не весело, — ответила я и привела новый довод. — А если начальство лишит тебя работы? Ты об этом думал? Поверь мне, люди могут быть очень жестоки.
Особенно моя мать. Она такого шанса не упустит.