Он двигался медленно, давая время испугаться еще больше, задрожать, покрыться испариной и прочувствовать всю глубину его гнева. Осознать собственную никчемность и вину.
Ведь совсем не обязательно орать и запугивать. Достаточно просто смотреть и молчать. Меня это пронимало намного больше. И сбивало.
Форр остановился, когда расстояние между нами сократилось до полуметра. Застыл, сложив руки за спиной и чуть наклонился вперед, вдыхая запах.
— Ты провоняла им, Софи, — проскрежетал мужчина, с трудом сдерживаясь.
От звука металла в его голосе я еще сильнее вжала голову в плечи, опуская глаза в пол, боясь даже вздохнуть лишний раз, чтобы не провоцировать монстра, присутствие которого ощущала даже кожей.
Провоняла? Он имеет в виду запах? Так этого быть не может. Прежде чем прийти сюда, я приняла душ, привела себя в порядок. Он не мог почувствовать след Чарлтона на моих губах. Ведь это всего лишь поцелуй. Не больше.
Или все-таки мог?
— Это моя вина, — прошептала я, заставив себя поднять взгляд и упереться им в мужское плечо.
На большее сил не хватило.
— Твоя? Значит, это ты набросилась на бедного доктора с поцелуями? — поинтересовался дрейг, приходя в движение.
Не знаю, чего я ждала. Может боли, но стоило ему дернуться, как я отшатнулась. И только страх заставил стоять на одном месте.
Наверняка от него не укрылась эта реакция, но комментировать ее дрейг не стал, продолжая обходить меня по кругу. Очень медленно и плавно. Так что у меня волоски на теле встали дыбом.
Это был прощальный поцелуй, — тщетно попыталась спасти положение я.
И, кажется, сделала только хуже.
— Прощальный, — встав у меня за спиной прокомментировал Форр. — Значит, у вас их было несколько?
— Да, то есть нет. Он прощальный и единственный. Дружеский, — зачем-то добавила я, наивно считая, что это поможет.
Ох, что же я несу. Копаю Чару яму каждым словом. Вместо того чтобы помочь, делаю только хуже. Наверное, сейчас будет лучше просто молчать и не дергаться.
— Лжешь, — произнес он, наклонившись к самому уху. — Ты не умеешь врать, София.
Не умела. И учиться не хотела. Поэтому и сбежала от матери, не в силах вынести роли, которую она для меня подготовила. Самым высшим достижением за последние годы была игра в невесту Фирса. Хотя я сомневаюсь, что моя кислая физиономия и натянутая улыбка могли кого-то убедить в нежных чувствах к Даниэлю.
— Этого больше не повторится. Никогда."
"— Конечно, — как-то слишком быстро согласился дрейг.
И это настраивало на определенного рода выводы.