Как я неуверенно улыбаюсь своим родителям, не понимаю, как правильно себя вести с людьми, которые вроде бы тебе родные, только видела ты настолько редко, что успела забыть их голоса и внешность.
«Бабушка скоро вернется?»
«Бабушке плохо. Она лечится в больнице»
И тревога, которая не дает заснуть ночью. Неловкость, когда я сталкиваюсь с братом, который недоверчиво рассматривает меня и спрашивает, почему я с ними не живу. Почему? Этот вопрос вводит меня в ступор. Никогда не задумывалась. Потому что так надо? Мои одноклассники живут с родителями, ну а у меня просто вот такая семья.
— Что ты ему сказала? — на плечо ложится тяжелая рука, заставляя немного притормозить и не нестись непонятно куда. Я оборачиваюсь. Рустам смотрит на меня тяжелым взглядом, словно пытаясь пробраться под самую кожу. Видимо, мои последние слова взбесили отца. И Рустам это заметил. Заметил он и отношение отца ко мне. Этого он точно не ожидал. Подозревал, небось, что отец будет беспокоиться за свою дочку, но вместо этого увидел полный холод и равнодушие.
Садаев, видимо, понимает мою заминку и усмехается."
"— Да, мать твою, принцесска. Ты, оказывается, не любимая дочка отца. Его парит только твой хилый брат. Охренительное открытие. Я начинаю понимать, какого хера у тебя уже несколько лет отстойно подделанные документы, из-за которых тебя не нашли в первые пять минут. И почему поиски твоего папаши замяли спустя год после исчезновения его типа любимой принцессы. Ты ему просто нахер не упала.
Я отвожу взгляд. Двери впереди открываются, и я вижу в зале, где должно пройти наше бракосочетание, брата. Он стоит, опустив голову вниз и глядя в пол. Сцепив руки в замок, в окружении нескольких крепких ребят. Со стороны это не выглядит странным, если не знать, что моего брата удерживают силой. Все смотрится… обычно. Садаевским псам удается вести себя расслабленно и естественно, производить впечатление просто большой компании, которая пришла на свадьбу друга.
— Я тебе все расскажу, если сдержишь свое обещание и отпустишь после свадьбы моего брата, — произношу я, а Рустам неожиданно смеется.
— Теперь уже вряд ли, принцесска, — констатирует он, а я ахаю, — херовый обмен выходит. Ненужная дочь останется у меня, а любимый сын отправится к папочке?
— Ты… обещал! — шиплю я, вцепляясь ногтями ему в руку. Рустам стряхивает ее небрежно, и перехватывает меня за запястье.