Это был первый серьезный изъян, который он обнаружил в раю.
– Дорогой, что это было? – спросила Жанна, глядя на клочки бумаги.
– Глупейшие советы, – ответил Гудмэн. – Милая, ты когда-нибудь серьезно задумывалась над брачными обычаями вашей планеты?
– Нет. А что, разве они плохие?
– Они неправильные, совершенно неправильные. Здесь с женщинами обращаются, как с игрушками, как с куклами, которых прячут, наигравшись. Неужели ты этого не видишь?
– Я никогда об этом не думала.
– Теперь ты сможешь над этим подумать, – заявил Гудмэн.
– Тебе лучше знать, дорогой, – послушно сказала Жанна. Она пожала ему руку. Он поцеловал ее."
"Лимузин подъехал к космодрому, и они поднялись в космолет.
Медовый месяц на Доэ был похож на краткое путешествие в безупречный рай. Прелести этой маленькой транайской луны были созданы для влюбленных, и только для них одних. Бизнесмены не приезжали сюда для кратковременного отдыха, хищные холостяки не рыскали по тропинкам.
Этот транайский обычай Гудмэн оценил сразу. На маленькой планете было полно лужаек с высокой травой и густых зеленых рощиц для прогулок; в лесных чащах мерцали прохладные темные озера, а зубчатые высокие горы манили наверх. Влюбленные, к их великому удовольствию, постоянно терялись в лесах, но заблудиться по-настоящему было невозможно, так как всю планету можно было обойти за день.
В укромных местечках находились маленькие отели. В барах хозяйничали приветливые седовласые бармены и царил полумрак. Были там мрачные пещеры, которые вели глубоко (но не очень глубоко) вниз, в фосфоресцирующие подземные залы с мерцающим льдом, где лениво текли подземные реки, в которых плавали огромные светящиеся рыбы с огненно-красными глазами.
Правительственный Совет по Бракосочетаниям находил эти бесхитростные аттракционы достаточными и не утруждал себя строительством бассейнов для плавания, полей для гольфа, теннисных кортов и дорожек для верховой езды. Считалось, что, как только у влюбленной парочки возникает потребность в подобных вещах, медовый месяц должен заканчиваться.