– Но почему?
– Почему? – Мелит нахмурил лоб. Очевидно, подобный вопрос никогда не приходил ему в голову. – Почему мы вообще что-то делаем? Очень просто – таков обычай. И притом весьма логичный. Кому это понравится, чтобы женщина была все время рядом и болтала языком и днем и ночью?
Гудмэн покраснел. С момента своей встречи с Жанной он постоянно думал о том, как было бы хорошо, если бы она всегда была рядом, и днем и ночью.
– По-моему, это не очень-то справедливо по отношению к женщинам, – заметил Гудмэн.
Мелит засмеялся.
– Дорогой друг, вы, я вижу, проповедуете доктрину равенства полов? Так ведь это же полностью развенчанная теория. Мужчины и женщины просто не одно и то же. Что бы там вам ни твердили на Земле, они отличаются друг от друга. Что хорошо для мужчины, не обязательно и далеко не всегда хорошо для женщины.
– Поэтому вы относитесь к ним, как к низшим существам, – сказал Гудмэн, реформистская кровь которого начала бурлить.
– Ничего подобного. Мы относимся к ним иначе, чем к мужчинам, но не как к низшим существам.
– Только потому, что лучшего им не дано было узнать. Есть ли закон, требующий, чтобы я держал свою жену в дерсин-поле?
– Конечно нет. Просто, согласно обычаю, каждую неделю в течение некоторого минимального времени вы должны разрешать жене находиться вне стасиса. Нехорошо держать бедную женщину в полном заточении.
– Конечно нет, – саркастически заметил Гудмэн. – Надо же ей какое-то время позволять жить.
– Совершенно верно, – сказал Мелит, не заметив сарказма.
Гудмэн встал.
– Это все?
– Думаю, что да. Желаю удачи и всего прочего."
"– Благодарю вас, – сухо ответил Гудмэн, резко повернулся и вышел из кабинета.
После полудня в Национальном дворце Верховный Президент Берг совершил несложный транайский обряд бракосочетания, а затем пылко поцеловал невесту. Церемония была прекрасной, но ее омрачала одна деталь.
На стене кабинета Берга висела винтовка с телескопическим прицелом и глушителем – точная копия винтовки Мелита.
Берг отвел Гудмэна в сторону и спросил:
– Ну как, подумали вы над моим предложением о президентстве?
– Я все еще его обдумываю, – сказал Гудмэн. – По правде говоря, мне не хочется занимать государственный пост...
– Никому не хочется.
– ...но Транай остро нуждается в ряде реформ. Мне думается, что мой долг – привлечь к ним внимание населения.
– Вот это правильный подход, – одобрительно сказал Берг.