По всей видимости, они были на свидании. Странно было увидеть главу кухни внутри обеденной зоны, но, как я слышал, некоторые блюда в человеческом мире выносил именно шеф-повар. Это было почётно. Даже напоминало небольшое шоу с развлекательными элементами.
Пока я заказывал кофе, а ещё подумал, что бы из десертов попробовать на этот раз, шеф посмотрел в мою сторону. Его глаза неожиданно расширились, а сердцебиение стало сильнее. Что с ним такое? Надеюсь, на дирижабле сейчас был хоть один лекарь. Вдруг шефу внезапно станет плохо.
Но всё было куда проще. Спустя несколько минут тот самый шеф подошёл к моему столику.
— Ваше Благородие! Для меня честь, что вы посетили мой скромный ресторан. Я восхищаюсь вами, а ещё слышал от своих знакомых, что вас выбрали участвовать в турнире от имени Империи, — бодро начал шеф, а я лишь успевал поднимать бровь всё выше и выше.
— Верно, — ухмыльнулся я. — Меня выбрали. Только я не думал, что об этом уже известно стольким людям.
— Ох, что вы, прошу прощения, Ваше Благородие! Я слежу за вами ещё с ярмарки героев, где вы показали своё мастерство. Я часто бываю у вас в пекарне и кафе, когда выпадает такая возможность. И для меня большая честь, что вы пришли сюда, — покраснел от такой пылкой речи шеф-повар.
По нему было видно, что он что-то хотел от меня, но никак не решался. А я и не торопил этого человека. Его глаза горели страстью и желанием творить. И даже если мне не понравился его муссовый торт до этого, то это несомненно было лучше, чем машинально делать свои шедевры, лишь отточив свои навыки до совершенства.
— Спасибо на добром слове. Рад, что вам так нравится то, к чему я приложил руку, — улыбнулся я, дожидаясь того, зачем всё-таки подошёл шеф.
— Не будете ли вы против мастер-класса в данный момент? — поступило неожиданное предложение от него. — Я лишь недавно стал делать торты и хотел бы поинтересоваться мнением профессионала.
Странное предложение, но я не против. Всё равно заняться нечем. Да и теперь становилось понятно, почему торт был так плох. Но для новичка в этом деле всё оказалось вполне сносно.
К тому же это было бы дополнительным алиби, что я уж точно не при делах по поводу тюрьмы. Чем больше людей увидят меня, тем лучше. И в РАИ, и у Леоморта не будет ко мне лишних вопросов.