Почему-то я думал, что только его первая жена волновалась за Настю, а он — нет. Но всё оказалось совершенно не так. Император очень любил Настю. И искренне и со всей душой переживал о её пропаже. Он не думал, что она умерла. А потому не оставлял надежд, постоянно посылая отряды по столице, чтобы найти её след.
И отряд Леоморта не был исключением. Почти вся служба безопасности пыталась найти Настю и выяснить, что с ней случилось. Его любовь к дочери была едва ли не безгранична. Все его мысли были заняты ей, хоть внешне и могло казаться, что Император холоден.
Довольно интересный мужчина. И справедливый. Но это я заметил и ранее. Хотел проверить ещё и вторую жену, но она куда-то ушла и на банкет не вернулась. Что ж, сделаю это позже.
А по поводу Насти… Не верну я её императорской семье до тех пор, пока не узнаю, кто стоял за её амнезией. Артефакт и серебряное кольцо. Белет, конечно, погорячился. Такие опознавательные признаки, особенно кольцо, могли быть у любого аристократа.
Пока я смотрел на окружающих и слушал их шепотки, не заметил, как ко мне подошли Инга и Виктория. Девушки были одеты в новые платья и поразили всех ближайших ко мне мужчин своей красотой.
Инга выбрала ещё в торговом центре чёрное платье с голубыми камнями под цвет своих волос и глаз. И теперь её неестественные голубые глаза сверкали ещё ярче. Хотя выражение лица было довольно скучающим.
Виктория же решила стать золотой статуей. Золотистого цвета платье сливалось с её завитыми в локоны волосами и буквально ослепляло всех, кто смотрел на лучницу.
— Фер, вот мы и встретились! Поздравляю с титулом, господин барон, — лучезарно улыбнулась Виктория, и кто-то из новоиспеченных аристократов охнул, но девушка даже не обратила на это внимания.
— Поздравляю, — коротко сказала мне Инга и взяла понравившийся мне тарт с банкетного стола. А у неё есть вкус. Мысленно одобрил её выбор.
— Благодарю, — усмехнулся я. — Но, Виктория, можешь обращаться ко мне, как и прежде. Я не очень люблю формальности от своих друзей.
Ну… Почти друзей. Пожалуй, в этом мире я обзавёлся ими слишком быстро. Да и вообще обзавёлся. Странно всё это.
Какая-то странная эмоция промелькнула на лице Виктории, и её улыбка померкла на долю секунды, но сразу же вернулась обратно.
— Конечно, друзья только в шутку могут тебя так называть.