На этом конфликт для обеих сторон будет исчерпан.
— Нет.
Волков удивился. А чего он ждал? Что я по первому же требованию упаду на колени и буду расшаркиваться перед этим уродом? Старик совсем спятил? Или он не понимает, что одним этим я просто убью в себе любые амбиции? Встать на колени?"
"Да даже той проклятой ночью, стоя на крыше здания под проливным дождём и глядя в направленный мне в лицо ствол пистолета, я не стал унижаться и просить о милосердии! И дело даже не в понимании бесполезности подобных действий.
Я могу ошибаться!
Могу не подумать и сделать глупость!
Но точно не стану унижать собственное достоинство!
— Мне послышалось или вы сейчас отказались?
— Нет, ваше благородие, — не снижая твёрдости голоса проговорил я. — Вам не послышалось. Я не стану унижаться и просить прощения за то, что ваш сын самовлюблённый мудак. Он оскорбил мою женщину. Затем попытался напасть на меня. И получил то, что заслуживал. И я не стану просить прощения за то, что сделал. Потому что, окажись я опять в той же ситуации, поступил бы точно так же и снова разбил вашему сыну лицо.
На лице Волкова появилась то ли усмешка, то ли презрительная улыбка. Он покачал головой.
— Присущая молодости наглость — хорошая черта. Но она может быть опасна, если не знать, кому можно дерзить, а кому нельзя, молодой человек. Я ещё раз спрошу, вы отказываетесь от моих условий?
— Повторяться я не стану.
— Жаль. Можно было бы избежать лишних сложностей. Что же, значит, мы будем решать эту проблему по-другому, — вздохнул Волков с таким видом, словно только что сделал рутинную запись в своём ежедневнике.
— Это как же?
— Так, как вам вряд ли понравится, — вздохнул он. — Свободны. Можете идти. Мои люди отвезут вас, куда скажете.
И махнул мне рукой, уходи, мол, мы закончили.
Повернулся и пошёл к выходу с террасы. Мысль, которая не давала мне покоя весь разговор, наконец оформилась во что-то более или менее конкретное.
Так себе разговор вышел, конечно. Зато я понял одну вещь. Его сын — идиот.
Но я этого делать не буду. Волков правильно сказал: за репутацией нужно следить. Это верно. И жертвовать своей и губить ее подобным унижением ему в угоду я не стану.
Охранники встретили меня у выхода с балкона и проводили к лифту.
И вот тут случилось любопытное. Двери открылись раньше, чем мы к ним подошли.