Виктор один из тех, кто готов помочь в любое время дня и ночи. Просто так. Потому что считал меня своим другом. И думал, что я считаю так же. И это чистая правда. Так кем я буду, если не рискну ради него?
Долго пробыть мне наедине со своими мыслями не дали. Едва я подошёл ко входу, как из темноты появились две массивные фигуры.
— Пришёл, значит? — раздался голос из темноты. — Деньги боссу принёс?
Два здоровенных лба. В руках пистолеты. С глушителями, что показательно.
— Нет, не принёс, — честно ответил, на что оба громилы переглянулись.
— Совсем идиот, что ли? — рассмеялся один из них. — Тебе же сказали принести деньги или…
— Да, я в курсе, — перебил его, не желая тратить время на вслушивание угроз. — Где Даумов?
— Ждёт тебя, — ответил второй. — Он на верхнем этаже. Правда, ждал он тебя с деньгами…
Наверное, десятки и сотни тысяч людей живут себе спокойно, ни разу в жизни не встречаясь с таким тяжелым моральным выбором. Что для тебя ценнее? Жизнь близкого друга или абсолютно незнакомых тебе людей? Какой выбор сделает человек?
Удивительно, но в этот момент он дался мне на удивление легко.
— Сейчас вы отойдёте в дальнюю часть завода и застрелитесь.
Короткий приказ заставил их на мгновение замереть на месте. А я ждал, сработает или нет. Должно было.
Два тела сдвинулись с места, прошли мимо меня и направились в дальнюю часть заводской территории, быстро скрывшись в темноте от света редких фонарей.
Через полминуты в темноте прозвучали два тихих приглушенных хлопка. И тишина.
Жестоко? Да.
Верхний этаж, значит.
Прошёл по зданию до лестницы и поднялся. Уже на последнем этаже заметил, что внутри довольно светло. Слышались голоса людей. Среди них я узнал и знакомый мне голос Даумова.
Медленно вдохнув и выдохнув, не торопясь сосчитал до десяти и прошёл последний лестничный пролёт.
Когда-то, наверное, здесь стояли какие-нибудь станки или ещё что. Виднелись бетонные закладные в полу через равные промежутки. Кажется, их делали специально, а уже на них крепили станки. Что-то там связанное с жёсткостью вроде. Но сейчас это не важно. Они давно пропали отсюда, оставив пустое помещение во власти пыли и грязи."
"Виктор был привязан к деревянному стулу. Лицо окровавлено. Нос явно разбит, а один глаз заплыл так, что не открывался.