— Мы здесь уже почти сорок минут, а мне через двадцать нужно уже ехать домой к жене. Так что, если это не затянется, то я не вижу причины отказывать. Можете переговорить с ним за дверью.
— Прекрасно, — не смог я держать злой улыбки. — Пошли за мной.
Схватив Савина за воротник его пиджака, едва ли не потащил мерзавца к двери, по пути шепнув Анастасии, чтобы она просмотрела лежащий перед Вадимом документ. На её тихий шёпот о том, что, вообще-то, не может этого делать, сказал, чтобы не беспокоилась. Эту проблему я собирался решить прямо сейчас.
— Да что ты творишь⁈ — взвизгнул Даниил, когда я чуть ли не пинком выпихнул его из кабинета.
— Свою работу, дегенерат ты тупой. В отличие от тебя. Что, решил, что одно слитое дело позволит тебе своей жопой на кресле усидеть?
— ДА ЧТО О СЕБЕ ВОЗОМН…
Нет, правда. Он меня достал. Вдох. Выдох. Пара секунд, чтобы успокоиться, пока это ничтожество пытается восстановить сбитое ударом в живот дыхание.
— Ну как? Нормально всё? — спросил я у него. — Дальше будешь орать или ещё раз тебе врезать? Дай угадаю.
Я прислушивался к его эмоциям. Савин злобно и обиженно пыхтел на меня, зло сверкая глазами. Пятьдесят процентов тряски и пятьдесят процентов ненависти.
— Что-то ещё, да? — понял я. — Что? Давай, говори!
От моего резкого движения в его сторону, Савин сжался и тут же начал лепетать.
— Три тысячи рублей компенсации, — заговорил он.
Сука, как можно быть таким тупым?
— Ты совсем рехнулся⁈ — спросил я у него. — Какое ещё дело⁈ Это он пострадал!
— А полицейские говорят, что он первым напал на офицеров! — заскулил Савин.
— Кто тебе это сказал?
— Тот, что в кабинете. Какой-то Потапов! Или как там его…
Понятно.
— И ты хотел, чтобы он это подписал? Ты хоть понимаешь, что эти деньги ему даже лечение не покроют? Ты видел материалы? Один только перелом руки у него будет несколько месяцев заживать.
Видимо, мой спокойный тон вселил в него некую уверенность. Потому что его колени разогнулись и даже спина немного выпрямилась.
— Да плевать мне на его рёбра, — выпалил он мне в лицо.