Солнце уже скрылось за горизонтом, и над входом в штаб горел небольшой фонарь.
— Дорожку уже выложили? — удивился Димон, увидев несколько плит, уложенных перед входом.
— Ага. И озеленить уже спешат, — добавил я, заметив, как два солдата вкапывают саженцы вдоль дорожки к штабу.
Зато в остальном вокруг только пыль. Подул лёгкий ветерок, который поднял её в воздух. Она уже приобретает консистенцию жёлтой муки. Моментально забивается во все щели.
В штабе идёт работа по обустройству. Стучат молотки, запах свежей краски из каждого кабинета, а также по коридору быстро перемещаются солдаты и прапорщики.
— Личные дела туда. Печатную машинку сюда. Ты не поняла, дура? — услышал я в одном из кабинетов ворчливый голос.
Проходя мимо, решил заглянуть. Внутри большие стопки бумаг и папок, а вдоль стен ещё пустые шкафы. Уже появилась стойка, как в строевом отделе. За ней кто-то копошится, но лица разглядеть не получается.
Пара солдат расставляет документацию, пока прапорщик сидит в кресле и пьёт чай. Рубашка расстёгнута, а галстук лежит на столике, на который он положил ноги.
— Чего тебе? — рыкнул на меня «старший» этого кабинета.
— Лейтенант Клюковкин. Задницу оторвите, товарищ прапорщик, и представьтесь, — спокойно ответил я."
"— Виноват. Прапорщик Мохнатый.
Бойцы тоже повернулись ко мне и выпрямились.
— Работайте. Кого вы только что назвали дурой? — спросил я.
— Меня… ой! — прозвучал тонкий голосок из-за стойки и глухой удар.
Оттуда выглянула девушка в полевой форме младшего сержанта. Светлые волосы собраны в пучок.
— Вы не сильно ушиблись? — спросил я.
— Нет… всё же, больно, — начала младший сержант тереть макушку.
— Товарищ лейтенант, а вы лётчик? Из 363й эскадрильи? — поинтересовался Мохнатый.
Фамилия практически соответствует его внешнему виду. Грудь и живот покрыты у него волосами, как у снежного человека. А вот на голове причёска — «мяч в траве».
— Да. Товарищ прапорщик, немедленно извинитесь перед дамой, — громко сказал я.
— Товарищ лейтенант, мы так всегда общаемся. Это нормально, — улыбнулась девушка.
Совсем ненормально! А чего ж только «дурой»? Так и до телесных повреждений недалеко.
— Товарищ Мохнатый, я жду, — повторил прапорщику указание.
— Извините, товарищ Лен… товарищ младший сержант, — выпрямился он и сделал подобие поклона.
— Всё в порядке, — улыбнулась девушка.
Я посмотрел на прапорщика, кивнул в знак удовлетворения и пошёл на выход.