Я с трудом развязал шнурки своими онемелыми, дрожащими пальцами. Потом наконец снял джинсы."
"Когда я снова оделся, я заправил все, что можно, стараясь закрыть от ветра все просветы.
Знакомый голос прокричал с того места, которое раньше было дорогой:
— Это было круто, дружище, но думаю, тебе не стоило так утруждаться.
Я посмотрел на Чарли и пожал плечами.
Он замигал.
Бастард лежал рядом со мной, как выброшенный на берег кит.
Я пихнул его.
— Пора двигаться. Проверь, на месте ли твое удостоверение.
Бастард порылся, вытащил кошелек и достал оттуда заламинированную карточку.
— А я и правда вам нужен, да? — он улыбнулся своей самой вялой улыбкой. — Да пошли вы.
Глава вторая
Оползень стер дорогу с лица земли, оставив не ней немного гальки и уйму выкорчеванных деревьев. Даже если бы нам удалось вернуть «паджеро», проехать дальше мы все равно не смогли бы.
Я сел рядом с Чарли и надел куртку. Бастард уселся немного в стороне от нас. Я надеялся, что он страдал, по крайней мере, от уязвленного самолюбия, но даже если это было и так, то он не собирался нам этого показывать.
Тщетно изображая пренебрежение ко все еще льющему дождю, он застегнул все три пуговицы на своем пиджаке и поднял воротник. Но его ботинки уже пришли в непригодное состояние.
— У меня пистолета нет, — пробормотал Чарли. — А у тебя?
Я покачал головой.
— У меня был выбор: оружие или ты. Ума не приложу почему, но я выбрал тебя.
Чарли усмехнулся.
— Лучше нам здесь не задерживаться, дружище. Нам нужно двигаться дальше.
— Думаю, мы проехали километров сто тридцать, так что нам осталось не более двадцати. Может, часов пять или шесть, даже если учитывать то, что ты в таком же состоянии, как Хопалонг Кэссиди. — Я поднялся на ноги и схватил Бастарда сзади за шею. — Я беру его на себя, а ты просто заставь двигаться свою лодыжку.
Чарли уже пошел, и я поднял Бастарда на ноги. Все встало на свои места: Бастард снова жаловался на все на свете. Хотя в ближайшие несколько часов ему не стоило завидовать. Мы с Чарли промокли, но у нас, по крайней мере, была верхняя одежда и что еще более важно — ботинки. Бастарду же пришлось идти в мокрых мокасинах, а они были предназначены для этого не больше чем он сам. Мы и ста метров не пройдем, а у него уже будет куча волдырей.
— Пора идти.