Растает в машине, мокрая будет вся, замерзнет еще сильнее.
— Все вы там бандиты. Не защищаете, только обижаете! — трясутся, от холода её губы.
— Поедешь или нет, короче?? — психую я.
— Нет! — рявкает мне в лицо.
От неожиданности отстраняюсь.
Вот же вредное племя! Зачем я у неё спросил, вообще? Я же Арише не объясню теперь…
Тащу её за цепь на наручнике опять в машину.
— Позорите меня перед людьми своим наручником!
— Учиться надо было, и работу нормальную искать, никто бы не позорил.
— Не берут меня на нормальную без опыта, какую смогла, такую нашла! — огрызается.
Запихиваю в машину, перестегивая наручник к дверце. Сажусь за руль.
Как её уговаривать?… Из вредности же теперь не подпишется. Прессовать только. Противно это. Не моё.
— Как тебя там… Ася. СИЗО аварийно закрыто. Мне надо у тебя показания взять. Поехали…
— Только троньте меня! Я Вам тоже вилку воткну. Куда-нибудь, где точно почувствуете! — стреляет взглядом мне в пах.
— Ты недавно что ли работаешь, не пойму? Пугливая такая…
— А Вы, наверное, тоже недавно, раз до сих пор не понимаете? — ядовито.
— Кляп к моим наручникам не прилагается. Но будешь много выступать, я для тебя отыщу.
Обиженно отворачивается к окну.
Веду машину к дому.
Короче, версия будет такая — вне резиденции Деда Мороза Снегурка теряет память. Потому странненькая, дочь не узнаёт и, к тому же, требуется быстро вернуть назад! А там уже ""вспомнит"" и письмо нам напишет. Психолога найму, пусть Арише письма от мамы пишет. Что теперь делать?
Глава 2 — Наша
Ася
Машина останавливается у высоких стальных ворот.
— Ого! — посмеивается мужчина из Джипа. — А говорил — ёлку наряжать.
— Планы экстренно поменялись. Кстати, Гера, девочка, случаем, не знакомая? Ты же у нас дорогой эскорт пользуешь, — как ни в чем не бывало.
— Сволочь… — тихо шепчу я.
Лицо горит от стыда. Со злостью дёргаю наручниками. Этот Гера с удивлением смотрит мне в лицо.
— Нет. Первый раз вижу. Но с удовольствием бы познакомился. Отдай? — весело.
Что я щенок им — отдай! С возмущением бросаю взгляд на Касьянова. Обещал же — для дочки.
— Нет, не могу, — качает головой тот.
— Чего заплаканная-то девочка у тебя? Обижаешь? — недовольно.
— Да сами они себя обижают. А я свою работу делаю, — фыркает недовольно Питбуль.
— Ты правда — эскортница? — с сомнением смотрит мне в лицо Гера.
— Нет! — вздергиваю подбородок.