Акция прикрытия

В это время Алаудин перекинул проволочки светофора, и зеленый свет сменился красным. Раздался тревожный гудок, скрежет и лязг экстренного торможения. С намертво зажатыми колесами состав по инерции несся навстречу своей судьбе. Звонко ударялись буфера вагонов, гремели сцепки, снопы искр вылетали из-под колес. Летела со столиков посуда, падали с полок пассажиры, тяжелые чемоданы норовили добить упавших людей. Бандиты от души хохотали.

Роли были распределены заранее, и как только поезд остановился, все привычно взялись за работу.

Самый молодой вскарабкался на тепловоз, угостил машиниста с помощником сигаретами и начал обычный разговор «за жизнь», будто они случайно встретились в промежутке между рейсами где-нибудь на вокзале в Грозном. Автомат болтался за спиной, но те все понимали и вели себя спокойно, терпеливо дожидаясь разрешения продолжать движение.

Разбившись на тройки, бандиты обходили вагоны. – Национальная гвардия независимой Чеченской республики! – громко объявлял старший. – Приготовить документы и вещи к досмотру!

Они вели себя важно и солидно, как представители законной власти.

Почти никто не держал оружия на изготовку – вероятность сопротивления практически равнялась нулю. Напуганные, привыкшие подчиняться командам пассажиры на своей шкуре ощущали, что эти вооруженные люди и есть «независимая республика», и беспрекословно доставали паспорта, раскрывали сумки, успокаивая себя мыслью, что выполняют законы чужой страны.

Для видимости заглянув в паспорта, «гвардейцы» проявляли повышенный интерес к вещам и ценностям, то и дело производя «изъятия» и «конфискации».

Высматривали и симпатичных женщин, которых следовало ссадить с поезда для «выяснения личности».

Волк шерстил спальные вагоны. Он шел первым. Ему нравилось ступать по выметенному ковру, оставляя грязные следы рубчатых подошв. Полированные панели, зеркала, испуганные пассажиры – все это возбуждало его, как бессильное дерганье утаскиваемой в лесополосу девчонки.

Два перебирающих четки старика-единоверца не заинтересовали патруль.

– Салям, – вяло сказал Аслан. – Сидите и не высовывайтесь, мало ли что... А лучше на полу полежите...

– Вах! – вскинулся один, с аккуратной седой бородкой. – Почему на полу?

– Потому что пуля насквозь летит, – пояснил Волк и захлопнул дверь.

В следующем купе ехали две толстые азербайджанки, суетливо протянувшие паспорта с вложенными двадцатидолларовыми купюрами. У них были массивные золотые кольца, толстые цепочки, в ушах бриллиантовые сережки.