Кто это делал? Центр! А стоило отгородиться от нехорошего Центра суверенитетом, всех осужденных выпустили и реабилитировали. Так что местные царьки под видом «независимости» добиваются для себя вседозволенности и безответственности. Лакомая и сладкая цель, они рвутся к ней изо всех сил. Что может поставить у них на пути полупарализованная центральная власть? Да ничего! Кроме... региональных подразделений «Альфы»!
Президент дочитал меморандум, с силой провел ладонью по мясистому лицу, тяжело вздохнул.
– Как обстоит дело с филиалами ГУО?
Седые брови растрепались, на лице появилось выражение раздражения и неприязни.
– Созданные приступили к работе. Готовим открытие еще трех.
– А ты уверен, что они не попадут под местное влияние?
– Может, в какой-то степени и попадут... Квартиры, телефоны... – Правая бровь приподнялась и саркастически изогнулась. – Но у каждого начальника в сейфе лежит пакет, который он должен вскрыть в час ""X"". И каждый будет действовать в соответствии с полученным приказом!
В голосе Коржова лязгнул металл.
– А насколько ты контролируешь обстановку здесь?
– Здесь? – Главный телохранитель замешкался. – Это сложный вопрос...
– Простых я не задаю, – усмехнулся Хозяин и разгладил брови.
– Если силовые ведомства будут на нашей стороне – то да.
– А если нет? Наступила пауза.
– Тогда многое будет зависеть от случая...
– Значит, ты советуешь мне положиться на «авось»? – недобро выдохнул Президент.
– Чтобы не зависеть от случая, мне нужны дополнительные силы, – быстро произнес Коржов. Хозяин не любил, когда люди проявляют нерешительность, хотя сам с годами все больше поддавался этому недостатку. – И я их нашел.
– Где же? – заинтересовался Президент.
– Это бывший одиннадцатый отдел КГБ СССР. Совершенно обособленное, мощное, многофункциональное, прекрасно оснащенное подразделение.
– Что-то такое я слышал, – задумчиво произнес Хозяин. – Продолжай.
– Я попытался прибрать его к рукам. Но...
– Степашкин встал поперек дороги? – продемонстрировал прозорливость шеф. – И небось вместе с Гонтарем?
– Они подставили прежнею начальника – генерала Верлинова. Он был крупной и независимой фигурой, попытался вести игру против них. Но его сожрали, представили изменником Родины...
– Вспомнил, вспомнил, – мрачно проговорил Президент.