Из четверых спутников рядом с ним стояли лишь двое.
– ...Лестница такая же, только подлиннее. И выход прямо в трансформаторную будку. Я ребят выпустил, пусть поверху возвращаются...
– Никого не встретили? – поинтересовался Лечи, когда коллега закончил. – Мы на такую паутину наткнулись, ребята перепугались!
– А ты? – прозорливо спросил Тепкоев. Лечи помолчал.
– А чего мне врать? И я испугался!
– Какие-то норы видели, – нехотя ответил Лема. – В одной вроде глаза чьи-то сверкали. Собачьи или Кошачьи, только красноватые, как угольки.
– Дела-а-а, – вздохнул Лечи. – Не нравится мне все это!
Тепкоев внимательно оглядел поникших соратников. Он был хорошим психологом и знал, как нужно переломить ситуацию."
"– Кавказский мужчина ничего не боится, – с расстановкой произнес он. – Здесь нищие живут, бомжи, шпана московская. А вы что, хуже? С непривычки, может, и страшновато... Поэтому перед спуском разрешаю по стакану водки и даю по двести долларов каждому. Нравится?
Боевики приободрились.
– А встретите какую нечисть – можете разносить ее в клочья. Думаю, через две недели мы тут полный контроль установим. Так?
– Так! – воодушевленно согласились «бойцы». В следующие дни несколько бригад тщательно изучали внезапно открытый подземный мир. Идею насчет маленьких автомобилей Тепкоев одобрил и дал команду Хозе, который уже через пару часов прислал грузовик с четырьмя картами. Их пришлось дооборудовать – установить фары и глушители, после чего гоночные микролитражки спустили в туннель.
Лема Терлоев, сгорбясь на крохотном металлическом сиденье, дал газ и умчался в угольно-черное пространство, за ним сорвался с места Арсен Татаев.