С уверенным видом, но чисто интуитивно, Идигов вывел команду на привокзальную площадь и даже сумел найти ожидающий их микроавтобус. Через час «командированных» разместили в двухместных номерах гостиницы «Останкино». Казалось, что они вернулись на родину: в вестибюле, холлах, коридорах, буфетах и ресторанах преобладали земляки, площадку у входа занимали машины с номерами серии «ЧИ», в шикарных лимузинах с московскими номерами тоже сидели чеченцы., Инструктировал их Лечи – правая рука самого Магомета.
– Утром получите оружие, сделаете дело и вечером уедете.
Лечи разложил на столе аккуратно вычерченный план помещения.
– Войдете сюда. – Он показал острием карандаша. – Здесь два охранника, потом сюда, здесь тоже охрана, потом приемная и кабинет... Рядом со схемой легла фотография Лекаря.
– Запомните его хорошенько, он может не сидеть в кабинете... Но когда вас пошлют, он обязательно будет внутри, его надо найти! Ясно?
– Все ясно! – громко и уверенно ответил Волк.
– В приемной тоже может быть охрана, – добавил Лечи. – И в кабинете. Да вообще, каждый, кто там находится, может выхватить пушку и положить, кого успеет."
"– А что делать с охраной и остальными? – спросил Дунда.
Волк презрительно скривился.
– Разве непонятно, что надо делать? Мочить всех подряд, без разбора...
Выпуклые глаза с красными прожилками вновь устремились на Идигова.
– Правильно. Если хотите выбраться целыми – не жалейте патронов!
– Какое оружие? – попытался реабилитироваться дельным вопросом Дунда.
– Автоматы с глушителем. И пистолеты.
– А подствольник будет? – поинтересовался неугомонный Дунда.
Волк деланно рассмеялся.
– Тогда и на него глушитель надо ставить. Ты же не в горах!
И снова Лечи одобрительно кивнул.
– Здесь все должно пройти четко. Менты тут свирепые и, в отличие от наших, – стреляют!
Заканчивая инструктаж, Лечи посмотрел на Волка.
– Ты будешь старшим.
– Хорошо, – не выказывая радости, произнес он, как будто и не. ожидал иного решения.
* * *
Эдик Резанов когда-то учился в медицинском и даже окончил три курса. Хотя его нынешняя деятельность не была связана с лечением людей, скорее наоборот, памятью о прошлом осталось прозвище Лекарь, под которым его хорошо знали в криминальном мире Москвы и прилегающих сферах.