— И я их нашел.
— Где же? — заинтересовался Президент.
— Это бывший одиннадцатый отдел КГБ СССР. Совершенно обособленное, мощное, многофункциональное, прекрасно оснащенное подразделение.
— Что-то такое я слышал, — задумчиво произнес Хозяин. — Продолжай.
— Я попытался прибрать его к рукам. Но…
— Степашкин встал поперек дороги? — продемонстрировал прозорливость шеф. — И небось вместе с Гонтарем?
— Они подставили прежнего начальника — генерала Верлинова. Он был крупной и независимой фигурой, попытался вести игру против них.
— Вспомнил, вспомнил, — мрачно проговорил Президент. — Недавно Верховный Суд приговорил его к расстрелу…
— А вместо него поставили некоего Дронова. Ни рыба ни мясо, авторитета у подчиненных не имеет, решения принимать боится. С ним отобрать у Степашкина отдел не удастся!
— Так что же, тебе надо воскресить этого Верлинова? — прищурился Президент. — Извини, я не Иисус Христос…
— Они тасуют факты, как крапленую колоду. Верлинов жив! И он нужен нам на прежнем месте!
— А приговор? — Президент недовольно махнул рукой.
Коржов промолчал. Последовательности у шефа с годами все убавлялось.
— А с другой стороны, я могу его помиловать! Это предусмотрено законом.
— Так-то оно так… Но…
— Какое может быть «но»? Помиловал — и точка!
— Гонтарь проводит операцию по ликвидации Верлинова. Ликвидатор и оружие уже на месте. Завтра-послезавтра все решится…
— Откуда знаешь? — усмехнулся Хозяин, откидываясь на спинку кресла.
— Почти.
Президент помолчал.
— Я могу помиловать только живого. Так что сам разберись с Гонтарем.
Валерий Антонович Верлинов не располагал достоверной информацией об уготованной ему судьбе. То есть он доподлинно не знал, что ЦРУ США собирается его похитить, контрразведка Греции — арестовать, ГРУ Минобороны России — убить. Но он достаточно долго работал в специальной службе, чтобы знать: носитель секретов его уровня, оказавшийся в чужой стране без всякой защиты и поддержки, не может ожидать ничего хорошего.
О возможной помощи, тем более со стороны Главного управления охраны России, генерал не мог и подумать. Но в отличие от девушки и инкассатора бывший начальник одиннадцатого отдела КГБ СССР умел прогнозировать и нейтрализовывать неминуемую угрозу.